язычком головку Ромкиного члена, убирая с кончика прозрачную липкую капельку.
— Никому.- Ответил Ромка и громко вздохнул. Мама обхватила его головку губами, и медленно погружая член в рот, начала ее посасывать, причмокивая при этом. Ромка тихо постанывал и гладил маму по волосам, взъерошивая её прическу. Пацаны стояли и тупо смотрели, даже не моргая. Их члены выпирали сквозь школьные брюки рискуя порвать ткань. Я стоял и краснел, мне было и стыдно, и в то же время, я сейчас очень хотел оказаться на месте Ромки. Да что там говорить, член рвавшийся наружу из моих штанов, хотел того же что и я. Мама покачивалась вперед-назад, посасывая Ромкин член. Брюки обтянули ее попку, деля ягодицы на две половинки и очерчивая линию трусиков. Судя по линиям, проступающим из-под брюк, мама была в стрингах.
Ромка открыл глаза, посмотрев на пацанов, подмигнул им и указал приглашающим взглядом на мою мать. Сашка с Серегой не заставили звать себя дважды. Они обступили мою мать с двух сторон. Серега потянул маму за край пиджака с одной стороны, а Сашка с другой, стаскивая ее с маминых плеч. Мама завела руки назад, пиджак соскользнул и Сашка ловко его подхватив, протянул не глядя мне.
— Подержи, Федька.- Сказал он и я машинально протянул руку и взял мамин пиджак.
Мамина грудь натянула блузку так сильно, что пуговички казалось вот-вот не выдержат и порвавшись выпустят из плена аппетитные полушария. Парни синхронно наклонились и взялись мять мамину грудь сквозь блузку. Мама застонала. Ромкин член во рту преобразовал ее стон, в какое-то невнятное мычание. Она заглатывала его ствол все глубже и глубже. Я видел как слюна, окрашенная в цвет помады, начала течь сквозь сомкнутые на члене губы и капать с подбородка на белоснежную блузку. Пацаны лапали мамины сиськи все настойчивее и настойчивее. Пуговички одна за другой начали отлетать, отрываясь и не смея сопротивляться той юной страсти и напору который исходил от парней. Наконец пуговицы были оторваны все до единой. Из-под блузки выглянула мамина пышная грудь, в обрамлении белого, с кружевами по краям чашечек, бюстгальтера.
Мама сопела, старательно посасывая Ромкин член. Она брала его глубоко, так глубоко, что ее нос касался лохматого лобка Кирсанова. Сашка с Серегой наминали ее грудь, обхватывая полушария своими ладонями. Затем Серега резко дернул за чашечку лифчика, брительки со звоном лопнули, и мамина грудь с торчащими сосками выпала наружу.
— Ох, бля-я-я, я сейчас кончу!- Застонал Кирсанов, возбужденный и маминым минетом и ее видом. Мама тут же вытащила изо рта его член и стала водить по мокрому стволу ладонью, быстро подрачивая.
— Не матерись!- Строго сказала она. Момент, конечно, был для нравоучений не тот.
— Да, Людмила Ивановна.- Проговорил Ромка, то ли принимая мамино замечание, то ли от наслаждения, и начал обильно кончать. Тугая струя ударила маме прямо в лицо заливая ресницы, затем струйки поменьше начали капать на грудь, покрывая ее белой липкой жидкостью. Пацаны убрали руки, чтобы их не забрызгало, а мама тихо ойкнула и прикрыла глаза. Сделав еще несколько движений рукой, выдаивая из Ромки последние капли, она начала стирать пальцами остатки спермы с лица и груди, но ее было так много, что получалось ее лишь сильнее размазывать.
— Людмила Ивановна, вы самая лучшая учительница! – Сказал Ромка улыбаясь. Я смущенно кашлянул, думая, что на этом все закончилось, но я оказался не прав.
— Всё?- Сказала мама, делая попытку подняться, но Кирсанов положил руки ей на плечи.
— А как же пацаны? Они ведь тоже хотят.- Сказал он, не давая ей встать. Мама сидела,
Она пригласила фотографа