фотографии.

Мы встали из-за стола. Я сразу качнулся коньяк уже ощущался во всю. Я качался, но держался на ногах. Я прошёл в небольшой зал и сел на кресло. Кресло было не маленьким. Девочки убирали стол на кухне и очень скоро пришли ко мне в зал. Бабушка Пелагея достала тонкий фотоальбом с антресолей. Судя по расположению альбома, под рукой, пересматривала она его часто.

Бабушка Пелагея изящно прошла к нам и села на кровать между близняшками. Я встал и подошёл к ним. Мне сразу уступили место между бабушкой Пелагеей и Алисой. Они отсели немного друг от друга и прибрали юбки, я сел. Были приятно сидеть с ними плотно вот так. От бабушки Пелагеи пахло чем-то ностальгическим. Лёгкий парфюм, напоминающий отдалённо какие-то цветы, не приторный, и не горький, который сразу врезался в гортань.

Бабушка Пелагея открыла фотоальбом. Фотографий было мало, всего около двадцати штук. Более тонкого фотоальбома я не видел. Но я вдруг вспомнил, что у нас с мамой его вовсе нет. Пару фотографий и всё.

— Вот, моя первая фотография, смотри, Афоня, какая я тут революционерка! - усмехнулась бабушка.

На фотографии, не особенно чёткой, несколько пожелтевшей и подорванной с правого нижнего края, стояла совсем юная девушка в платье ниже колен с длинной очень толстой косой. На голове пилотка. Стояла она на фоне портрета В. И. Ленина.

— Господи, это после войны. 1946 год. Мне тут 20 лет. Я ещё тут примерная комсомолка, но не спортсменка, никогда не любила спорт, хотя плаваю я очень хорошо, и сейчас в бассейн хожу. Но после в 1951 году я побывала в Москве, направили после техникума, и потерялась там. Попала в компанию очень хорошего парня. Он был моложе меня. Звали его Мишей. Ему было около девятнадцати лет.

Бабушка перевернула альбом. И я увидел несколько фотографий (штук пять-семь) на которых изображены стиляги. Самые настоящие стиляги. Те самые, которых в Москве разгоняли дружинники, милиция, рейды.

— О, вот тут занятно будет! - с теплотой улыбнулась бабушка Пелагея, - Вот это было время! Этот Михаил, моя первая любовь, хоть был и младше меня значительно. Но он ввёл меня в мир прекрасного, в эти рабочие серые комсомольские будни. Мне так не хватало встряски, яркостей, праздника. И он меня познакомил с такой культурой как "стиляги". Тогда это среди нас ни как не называлось. Мы просто весело проводили время. Днём я работала, пахала на производстве, была примером и висела на доске почёта, а в выходные дни я гуляла в цветастых широких, пышных юбках и слушала джаз, рок-н-ролл. Самое смешное, что я ни азу ни где не наткнулась на дружинника или милиционера, которые разгоняли нас. Я тратила свои свободные деньги на ткани, сама себе сшила блузки, юбки, девочки подгоняли что-то... Это было прям сумасшествие, наваждение, какое-то необъяснимое.

На фотографиях, черно-белых и одной цветной, были разные девушки, парни ярко одетые, не типично для партийного человека того времени. Но почти на каждой узнавалась бабушка Пелагея. В разных юбках, чаще самодельных, она то танцевала на танцполе, то просто стояла говорила с кем-то, обнималась с Михаилом. На цветной фотографии были изображены около десяти человек.

— Это наша компания. У всех были имена подстать американским. Меня величали Пэнни, Михаила - Майк. Ещё были, Энн, Карл, Джой, Дит, Элис, Кэт. Всех не вспомнить сразу. Карл помню доставал такие крутые вещи, чувак был просто заводной, все говорили, что он на электричестве, он везде успевал, доставал всё. Благодаря ему мы узнали, что такое нейлоновые колготки, презервативы, читали Кома сутру, он записывал пластинки

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 13893

Землетрясение

Волшебный подарок. Часть 3

Жена помогает мне сосать мой собственный член

Разнояйцевые близнецы. Часть 8

Бойся своих желаний. Лилит 2