я набрел на лужайку, где небольшая компания устроила пикник. Я напал на одну из девушек, а вся компания с ужасом кинулась врассыпную. Но один юноша остался, с невозмутимым видом он вытащил свой причиндал и принялся онанировать. Однако наступала осень, и становилось холодно разгуливать нагишом, поэтому свои забавы я все больше переносил в помещения.
Слушая исповедь Невидимки, доктор Кемп часто подходил к окну и что-то высматривал.
— Кемп, — обратился к нему Невидимка. — Мне нужно пристанище. И помощник. Умный и знающий. Если вы согласитесь мне помогать, нас ждут великие дела, Кемп!
— Почему вы не опубликуете свое открытие и не сделаете его достоянием общества? Вы обретете почет и славу, вы будете богаты, не совершая никаких преступлений!
— Это исключено! Чтобы все эти людишки пользовались моим открытием? Чтобы некий недоумок-властитель вооружил армию невидимок и с ее помощью покорил весь мир?
— О, да вы пацифист.
— Нет, что вы. Я мизантроп. Я одиночка. Я эгоист и мне нет дела ни до людей, ни до общества в целом. И своим открытием буду пользоваться только я, я один. В крайнем случае, мы вдвоем. Хотите быть со мной, Кемп?
— Никогда!
В это время на лестнице раздались шаги.
— Кто это? — Невидимка подскочил к окну и увидел во дворе дома двоих констеблей. — Ты меня предал, Кемп!
Невидимка быстро скинул халат. Со звоном раскрылось окно, посыпались осколки стекла, а на газоне под окном отпечатались следы босых ног.
Перемахнув через ограду, Невидимка по неосторожности наступил в лужу, и на мостовой начала проявляться дорожка следов. За ней с криками «Невидимка!» мчались констебли и толпа зевак. Несколько землекопов тоже приняли участие в погоне. Группе преследователей удалось обогнать следы и окружить их. Завязалась потасовка, которая тут же переросла в груду барахтающихся тел.
— Вот он! — крикнул кто-то. — Вот он! Я схватил его за руку!
Один из землекопов замахнулся лопатой и резко опустил ее. Послышался глухой удар...
На земле начала проявляться лужица крови. Потом проявилась рана, из которой она вытекала, потом проявилась голова, на которой была рана. Через четверть часа проявилось и все тело.
— Какой красавчик! — воскликнула девица из толпы зевак, очевидно, ее внимание привлек половой орган убитого.
— Накройте, накройте его! — велел старший из полицейских.
Тело накрыли простыней, взятой из находившегося рядом кабачка, туда же до приезда санитаров и перенесли покойного.
Типичная секретарша