мучаемся от нехватки женского внимания, ты, наша лучшая подруга, сосешь члены нашим врагам?
Рон, тайно любивший много лет Гермиону, не мог простить ей это предательство. Он вскочил с кресла, направил на нее палочку и крикнул «Остолбеней». Руки Гермионы вытянулись по швам, она съехала с кресла на пол и могла только испуганно смотреть на гневающегося Рона. Он резкими рывками стал срывать с Гермионы мантию, снял белье и даже туфли с носками, оставив худое красивое тело подруги полностью обнаженным.
– Я уже столько лет мечтал о тебе, любил, но думал, что учеба для тебя важнее отношений. А ты просто шлюха, которая любит большие члены? Пришло время взять то, что я хочу. Сколько можно ждать. Гарри, ты со мной или нет?
Когда Гарри увидел воспоминание о Краме, то сразу же возбудился. Но теперь он с опаской смотрел на складывающуюся ситуацию и понимал, что надо сделать выбор: остановить безумие Рона или принять в нем участие. Гарри медлил. Он медленно проходил взглядом по телу голой подруги на полу, начиная с аккуратных пальчиков на ногах, потом вдоль худых стройных ног к манящей киске и рыжему треугольнику волос на лобке, плоскому животу, любовался аккуратными холмиками грудей с острыми сосками, точеными ключицами, сердито надутыми пухлыми губами и этими пышными волосами, которые грубо держал Виктор Крам, кончая ей в рот. Гарри сам не заметил, в какой момент он начал гладить через мантию свой торчащий колом член. Рон только ухмыльнулся в ответ и сказал: «Молодец, правильный выбор».
Парни подняли недвижимое тело Гермионы обратно на кресло, придали ей обычную позу и долго изучали ее тело руками, гладя, шлепая и засовывая пальца во всевозможные отверстия. Разделись сами догола. Член у Гарри оказался длиннее, чем у Рона, но немного тоньше. Каждый из парней взял одну ладонь Гермионы в свои руки, положил себе на член и начал медленно дрочить, лапая второй ее грудь. Через несколько минут Рон залез с ногами на кресло, приоткрыл ротик Гермионы, поводил по губам членом и начал грубовато трахать ее горло. Если бы она могла, то явно начала сопротивляться такому обращению. Гарри же спустился на пол и принялся тщательно вылизывать пизденку своей давней подруги, лаская нежно-розовые губы и клитор, подключив потом и пальцы.
– Эй, Рон, а наша кукла-то потекла. Представляешь, ей даже такое нравится.
– Вот блин, настоящая магия. И чего ж она скрывала от нас это.
Насладившись вдоволь нежным ртом Гермионы, Рот спустился на пол и спросил у нее:
– Моргни два раза, если хочешь, чтобы я тебя расколдовал. Но вечер на этом не закончится, хочешь ты этого или нет. Поэтому советую расслабиться и получать удовольствие.
Гермиона дважды моргнула.
– Ладно, смотри мне.
Взмах палочкой и в тело Гермионы снова вернулся тонус и гибкость.
– Вы сволочи поганые! Нелюди! Извращенцы чертовы! Если вы всегда хотели меня, то чего ж молча дрочили по углам своих спален? Воспринимали меня как бесполое существо. Да я сама через день фантазировала о том, чтобы меня отъебал кто-нибудь из вас или преподавателей. Давайте ебите меня уже и чем жестче, тем лучше.
– Ах ты шалава, хочешь жестче?? – Гарри направил палочку на свой член и произнес «Инфлэтус», от чего его член начал увеличиваться и вырос с 15 сантиметров почти до 30 и потолстел раза в полтора. Рон восторженно охнул и подставил свой член под палочку Гарри. Еще один взмах и над Гермионой висит две здоровенные дубинки, такими маглы разгоняют всякие митинги и протесты на улицах.
– «Вингардиум Левиоса!», скомандовал Гарри своей палочке, и Гермиона взмыла на полметра в
я и она