уже сидел на своей половине верхней ступеньки. При появлении соседки он едва заметно улыбнулся, но эта улыбка была печальнее слез.
Ася присела рядом, зажгла сигарету и с видимым удовольствием втянула первую порцию табачного дыма, она больше не хотела разговаривать с ним как раньше, какое-то отчуждение произошло между ними с последней встречи и Славик это безошибочно чувствовал. Слишком глубоко он вторгся в пространство Аси, встал в один ряд с остальными мужчинами, потребовав ее объяснений и тем более, напомнив о неудобном обещании. Удовлетворив свою похоть, он в тот вечер навсегда потерял близкого друга. Да и Ася, похоже, не нуждалась уже в его компании, ее темно-каштановые волосы до плеч были сейчас всклокочены, лицо еще сохранило пылкий румянец, а крики, что распространялись по этажам, не оставляли сомнений в ее наслаждении.
— Давно сидишь? – Вдруг сердце Аси смягчилось под влиянием сигаретки.
— Часа два…
— Два? – Ася повернулась и уставила на паренька удивленный взгляд. – Меня ждал так долго?
— Нет.
Брови Аси удивленно приподнялись, но она стерпела маленькую колкость. Женщина не особенно старалась скрывать халатом наготу своего взмокшего тела и тем более, почти не боролась с вытекающим из растянутого сфинктера ручейком спермы – сладостное послевкусие, завершающее бурный оргазм. Во второй раз, особенно после двойной порции, пустота в кишечнике уже не казалась такой неприятной. Ощущалось сильное растяжение, но оно теперь воспринималось как нечто неизбежное.
— Пойдем, я тебе что-то покажу, - паренек перешел почти на шепот.
— Что покажешь? Как дрочишь за мусоропроводом?
Славик не ответил, но и не отвел взгляда. Он поднялся на ноги, сошел вниз по ступенькам и встал возле двери в ожидании Аси. Когда та вытянула остатки и швырнула в сторону тлеющий окурок, он отворил свою дверь. Поведение мальчишки так заинтриговало ее, что ноги сами понесли за ним. В квартире – симметрично схожей – они прошли в жилую комнату и оба остановились в дверях. Картина, что открылась глазам Аси, была не из приятных: средних лет женщина, лежащая на раскрытом диване, была пьяна до бесчувствия, а ее одежда пришла в полный беспорядок: короткая черная юбка обнажила голые ноги и выпуклости, а вырез топика почти не скрывал тяжелых грудей. Спящая женщина непрестанно бубнила неразборчивые ругательства и время от времени то выпрямляла ногу, то обе прижимала к груди.
— Это кто? – Подозрительно шепнула Ася.
— Моя мама.
— Давно она... так лежит?
— Утром привезли, она вообще не часто напивается, но на этой неделе второй раз…
Ася не знала, что делать. Оказывается, Славик так же, как и она сама не просто так искал прибежище на ступеньках лестничной клетки. Возможно даже, ее беспорядочно сдернутая одежда – результат его усилий, но это не уменьшало ее жалости к пареньку. Скорее всего, в такие дни он и сам боролся с искушением воспользоваться беспомощным телом матери и находил спасение лишь в онанизме. Обычно Ася не страдала излишней сентиментальностью, но сейчас она ощутила знакомый прилив нежности. Просто вообразить, как он пробирается к этому бесчувственному телу, прикасается к женским прелестям и даже пытается овладеть ими, вызывало в ней смесь сострадания и отвращения. Особенно возмущало осознание, что до него это могли делать множество незнакомых, падких на дармовой секс, мужчин.
— Пойдем отсюда, - Ася энергично потянула соседа за руку.
Она вывела его из квартиры в состоянии глубокой апатии, оставила посидеть на площадке и решительно ворвалась в свою квартиру. Оба ее мужчины еще сидели на кровати в спальне, Вадим вытянул ноги и излучал превосходство, но и Валентин сиял не меньше, смакуя произошедшее. Казалось, гармония в его понимании,
Оргазму поём мы песнь свою