нас с Эбби и настояли на том, чтобы мы присоединились к ним. В какой-то момент мы с Эбби разделились; она разговаривала с двумя женщинами, я вел дискуссию с мужчинами. Когда пришло время уходить, я увидел это в глазах Эбби.

— Когда ты собирался рассказать мне о Симоне?

— И не собирался. Это был короткий роман с женщиной, до того как мы с тобой стали близки. Теперь, когда мы с тобой любовники, я более чем готов взять на себя обязательство быть исключительно с тобой. Обещаю, что никогда не буду с другой женщиной, пока у нас такие обязательства.

Эбби не успокоилась.

— Я думала, что мы любовники, когда ты уехал из Кламат Фоллс в ноябре прошлого года, ты сказал мне, что любишь меня; я думала, это что-то значит.

— Я сказал, что влюбляюсь в тебя, и это действительно что-то значило. Мы должны были определить, что это значит.

Эбби начала плакать.

— Какая же я дура.

Она пошла в спальню и собралась на свой рейс, еще один ночной. Она вышла из спальни со слезами на глазах.

— Я возьму до аэропорта такси.

— Давай я тебя отвезу.

— Нет, сейчас мне просто нужно побыть одной. Мне жаль, что это случилось в нашу последнюю ночь. Мне было так хорошо с тобой, а теперь я чувствую, что я - просто место, пока Симона не вернется в Париж.

— Это неправда.

— Может быть, и нет, но мне так кажется, и мне нужно все обдумать. Позвони, и мы поговорим.

— Возможно, мы еще долго не сможем поговорить. Завтра я отправляюсь в Москву на важные переговоры. Пока буду там, связь будет ограничена из-за характера этих переговоров. Давай я отвезу тебя в аэропорт.

— Нет, просто позвони мне, когда сможешь.

Эбби протянула руку мне за голову и притянула меня к себе для поцелуя.

— Я люблю тебя, Джордж Бейкер.

Она ушла, не сказав больше ни слова; но прежде чем дверь закрылась, я сказал ей:

— И я люблю тебя, Эбби Росс.

Я был прав: в течение следующих двух недель в Москве общение было коротким и ограничивалось членами семьи. К моменту моего возвращения в Париж мой первый телефонный разговор с Эбби был напряженным. Не успели мы наладить отношения, как я снова отправился в Москву, потому что договоренности, достигнутые во время первого раунда переговоров, разваливались. Поговорим о неподходящем времени. Эбби не была стервой, наоборот, сделала все возможное, чтобы сказать мне, что понимает; но нам требовалось поговорить, и поскорее, пока все не развалилось.

***

В июле приехали погостить Джина, Деннис, мама и папа. Одним из больших преимуществ службы в Париже было то, что не требовалось много усилий, чтобы убедить людей приехать погостить на некоторое время. Попробуйте сделать то же самое на некоторых моих предыдущих местах службы в армии.

Джина принесла отличные новости: Дженни позвонила ей, чтобы объяснить, почему я больше не беглец. Дженни сдавала наш старый дом одной паре, и те хотели его купить. Продажи дома будет достаточно, чтобы погасить ипотеку плюс все оставшиеся деньги, причитающиеся Дженни. Если бы я подписал бумаги об отказе от претензий на дом, Дженни бы с ним хватило. Самое главное, Дженни подала на развод, заявив, что ее бросили; мы официально развелись бы к июню следующего года без каких-либо дополнительных усилий с моей стороны. Документы были у Джины, я подписал их и отправил Дженни по почте.

Мы прекрасно провели время в Париже; единственным исключением был тот момент, когда Джина задала мне жару из-за того, что я отпустил Эбби (по ее словам).

— Джина, я не просто пытаюсь... я все улажу, когда вернусь

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 9639

Мой двор

Всего лишь ночь

Продолжение собачьей свадьбы.

Обучение похотливой племянницы (Части 1 - 4)

Что происходит в Лас-Вегасе..