одеяла и уснула, надеясь, что с Антоном-Тоней все будет хорошо.
Утренняя свежесть, забравшаяся в мое уютное гнездышко, разбудила меня, и я решила посмотреть, что происходит в нашем номере. Выбравшись из под одеял, я ощутила холод на моих натертых дырочках и вспомнила, что сняла шортики на нашем балконе. Завернувшись в одеяло, я собралась пробираться обратно в номер. Неожиданно за спиной щелкнул замок, и на балкон выскочила горничная, видимо за одеялами. Увидев меня, она очень удивилась, а я решила проскочить мимо нее в коридор. К сожалению, она увидела одеяло, намотанное на мое тело, вцепилась в его край, как клещ, и потребовала отдать.
Я пыталась объяснить ей ситуацию, рассказав, что я живу в соседнем номере, но она была непреклонна. Я, испугавшись, что на звуки скандала прибежит еще кто-нибудь, отпустила одеяло и выскочила в коридор, сверкнув голой попкой.
На мое счастье, дверь в номер была не заперта. Я осторожно приоткрыла дверь и заглянула в номер. Внутри была тишина, но я физически ощутила атмосферу разврата и секса, царившую внутри. Терять мне было нечего, и я проскользнула внутрь.
В комнате на разворошенной кровати голой попкой вверх спал Антон. Его дырочка была заполнена большим искусственным членом, вокруг которого лепестками цветков располагались мои цветные чулки. Я не стала будить моего бывшего парня, потому что боялась наброситься на него и затолкать этот цветок еще глубже.
Я просто нашла свою сумочку, проверила документы и деньги и собралась уезжать. Фотоаппарат так и остался стоять на штативе у окна. Я проверила карту памяти, ее не было. Наскоро покидав неиспорченные вещи в чемодан, я покинула этот дом отдыха, оставив Антону записку: "Я все видела, прости и прощай."
Больше я Антона не видела, он не вернулся на учебу, а его родители сказали, что он уехал учиться за границу. После этого случая я не встречалась с парнями в традиционном смысле. Я знакомилась с ними и обменивала свою попку на возможность трахать их дырочки. А некоторым и моя попка не требовалась. Подо мной все мужчины превращались в маленьких послушных, чувственных и развратных девочек, которыми управляла только их дырочка в попке. А я получала оргазмы от одного вида растраханных отверстий и извивающихся тел. И еще я научилась подавлять мужиков психологически и физически. И стала такой, какой есть здесь и сейчас.
Так закончился рассказ Нади, а я возбужденный до предела рассказом и вибратором в попке, попросил у нее юбочку, надел на себя и прилег на траву, оттопырив попку.
— Возьми меня! - попросил я. - Хочу быть твоей девочкой, ощутить твою силу на себе, трахай меня, люби меня.
И Надя ласково задрала юбочку и, поцеловав мою спину, достала вибратор из попки. А потом в мою зудящую пещерку стал медленно проникать рельефный и теплый страпон. Мне так не терпелось разрядиться, что я стал насаживаться на этот член и вилять попкой.
Но Надя крепко схватила меня за бедра и стала глубоко и жестко проникать в мое тело. Вскоре я взорвался, и мое разорванное сознание ощутило содрогающееся тело Нади, упавшее на дрожащее от наслаждения девичье существо.
Все оставшиеся выходные до августа мы встречались с Надей. Когда была хорошая погода, мы катались на велосипедах, как две сестры или подруги. Я был в женском образе, и моя попка всегда была занята пробочкой, членом или Надиным страпоном. А когда шли дожди, я познавал весь арсенал Надиних игрушек для траха попок в ее шикарной квартире. Кончающие члены, и члены с эрекцией, огромные черные страпоны и маленькие тонкие, но вибрирующие игрушки.
Часы