раньше мне не изменяла, то думаю, что с этим будет покончено сегодня вечером или очень скоро в будущем, – грустно сказал я. – Правда, она также сказала мне, что ни с кем не встречается, так что...
Обе девушки разрыдались и обняли меня.
***
Трейси вошла в дом около девяти. Мы сидели в семейной комнате и смотрели телевизор. Когда она остановилась на пороге, мы с девочками переглянулись, а потом, ничего не сказав, вернулись к просмотру. Трейси надулась и ушла. Мы заметили, что она не заскочила в душ, и между нами промелькнули понимающие взгляды.
На следующей неделе в среду Трейси работала допоздна. Мы с девочками обсуждали, что она пытается отвести наши подозрения, опаздывая в разные дни. Однако в этот раз, когда она вошла, мы услышали, как через несколько минут заработал душ.
Хотя она и подала на меня в суд, я не был уверен, что у меня достаточно информации, поэтому спросил своего адвоката, есть ли у нее на примете частного детектива? Следователь, которого наняла мой адвокат, отчитался через месяц, и не было ничего удивительного, когда он сказал, что каждый раз, выходя в свет, Трейси была с одним и тем же мужчиной, и да, несколько раз она и ее партнер занимались сексом.
Я был удивлен, когда выяснилось, что ее любовник – ее непосредственный начальник, вице-президент Йоханн Вестлер. Вестлер перевелся на эту должность за год до этого из офиса фирмы в Буффало. Он был тридцатипятилетним голландцем, переехавшим в США тринадцать лет назад. Симпатичный, подтянутый, белокурый сукин сын, ростом около метра восьмидесяти восьми и весом в девяносто килограмм, хорошо сложенный, судя по фотографиям, которые были у частного сыщика.
Признаюсь, я был опустошен. Мы с Трейси были вместе почти двадцать два года, считая два года, что мы встречались до свадьбы. Я считаю себя приличным парнем, но Трейси по крайней мере на две ступени выше меня по внешности. Долгое время я удивлялся, как мне посчастливилось заполучить эту богиню. Мы сблизились с самого начала, и я думал, что с каждым годом наш брак становится лучше, по крайней мере, пока она не сказала мне, что я сильно ошибаюсь.
***
Примерно через месяц, в субботу утром, Трейси тошнило в ванной, пока мы с девочками завтракали. Девочки вздрогнули, услышав, как их мать рвет, а я ухмылялась от уха до уха.
– Тебя это не беспокоит? – наконец, спросила Джуд. – Это отвратительно.
– Нет, просто навевает старые воспоминания, – ответил я.
– О чем? – спросил Джуд.
В этот момент на кухню, пошатываясь, вошла Трейси.
– Утренняя тошнота! – радостно воскликнул я. – Чувствуешь себя дерьмово, моя неверная жена?
Трейси подняла голову на мое восклицание. Ее глаза расширились.
– Нет! Нет! Я тебя не предавала! – закричала она.
– Нет предала, моя дорогая. И так уже несколько недель, после того как подала на развод. Формально мы все еще женаты и будем женаты еще несколько недель. Это делает тебя и лгуньей, и шлюхой, моя дорогая жена.
– К тому же, беременной.
Обе мои дочери широко раскрытыми глазами уставились на свою мать, которая, в свою очередь, уставилась широко раскрытыми глазами на меня.
– Разве ты не помнишь, как тебе было плохо с Джуд? – спросил я.
– О, нет. Я забыла, – ответила она.
– О, Боже, мама. Ты залетела от другого мужчины, в то время как все еще замужем за папой? Я рада, что скоро уйду в колледж, а то бы никогда не смогла встретиться со своими подругами, – сказала Мо. – Ты всегда учила меня не быть шлюхой, а потом сама превратилась в Салли
Летний день