сладким голосом томно не то пропела, не то продекламировала Лиза. Подойдя вплотную к Олежке, она взяла его за подбородок, задрала ему голову вверх. В упор вгляделась ему в лицо чёрными как маслины бархатно-бездонными глазами. Олежка слегка подался назад. Какое-то противное чувство, вроде волнения в смеси со страхом, пошло в нём неприятными мурашками. Как всегда, когда он ощущал на себе взгляд госпожи. Но в глазах у Лизы вдруг почуялось какое-то тепло, она даже сделала движение головой будто хочет приблизиться к нему лицом. Так смотрела она на него около полуминуты, всё более и более улыбаясь глазами, иногда непроизвольно несколько вытягивая губы, словно где-то в душе рвалась его поцеловать. Грудь у неё высоко вздымалась. Казалось, один его вид возбуждающе действовал на девушку. Наконец, словно налюбовавшись, отпустила.
- Одевайся. И побыстрей.
Затем, уже повернувшись к дивану, шумно вздохнула.
- Какой хорошенький! - не то с тоской, не то с наслаждением почти неслышно выдохнула она.
Лера пощупала совершенно мокрые концы Олежкиных волос.
- Вот безрукая недотёпа! Жаль, нету времени, а следовало тебя хорошенько настегать!
Вероника тут же с готовностью несколько раз обжигающе хлестнула Олежку цепочкой.
- Могу принести плётку, да задам перцу этому чучелу!
- Подождёт до завтра это чудо в перьях. Негоже заставлять гостью ждать, - бросила Лера, куда-то уходя.
Вернулась она с феном для волос.
- Вот, старый фен моей мамы. Надеюсь, хоть разберёшься как им пользоваться?
- Как ты сказала, "чудо в перьях"? - вдруг подалась вперёд Вероника. - Есть идея! Вот чудо, а перья в гараже. Можно будет обмазать его чем-нибудь липкими, обсыпать этими перьями, и пускай побегает по участку, гонять залетевших птиц! Чучело, ему и задание для чучела!
Девчонок согнуло от смеха.
- Ну да! Чучело огородное!
- С соломой в голове! Как и положено чучелу!
- Чучело гороховое!
- Я представила! Во умора!
Пока хозяйки хохотали, Олежка высушил волосы. Вероника вновь прошлась по нему цепочкой.
- А сейчас чего озираешься, дристомёт?
Девок ещё более скрючило хохотом.
- Просто гениально подмечено! Как он недавно метнул жижей из жопы!
- Навозной жижей!
- Очень жидкой дриснёй!
- Особенно во второй раз! Прям выстрелил!
- Как из пушки!
Слушая эти надругательские смешки, Олежка мог только плакать в душе. Он даже позабыл, что сейчас должен одеть бабские тряпки, бельё, в каком обычно показывают шлюх.
- Я тебя спросила, или вот этот стол? Что ты должен делать? Вертеть своей дырявой коробкой? Или что-то тебе было приказано? - Вероника, схватив Олежку за волосы, нагнула его и принялась обжигающе хлестать по попе и по бёдрам. Завопив, тот упал на пол, отчаянно извиваясь.
- Я... С-с... Ссей-ччас, госпожа Вероника... - нелепо кидаясь по сторонам на коленях, он бросился к дивану, от страха и нервного сотрясения не понимая зачем стал перебирать тряпки прыгающими руками.
- Да что с ним происходит?! - от возмущения Вероника даже ударила его как-то вскользь. - Забыл, что одевается в первую очередь? Лиз, да где у тебя трость? Только ею и можно вернуть ему память!
- У ракушек, у моллюсков, разве бывает память? Равно как и мозг? - ввернула Марина.
- Всё, достаточно! Не мешать! Сейчас он - моя собственность! Для наказания у меня есть свои руки, если я решу, что его следует наказать! - Лиза выбросила вперёд руку. - А ты чего мух ноздрями ловишь? Или действительно вытащить трость? Бери и одевай, а не перекладывай!
- Перекладывает бельё как недавно вертел гуся. Но стоило вмешаться плётке, сразу понял что от него требуется! - сказала Вероника, отходя на шаг назад.
- Лифон, лифон! - схватив бюстгальтер, Лера стала им тыкать Олежке в лицо. - Потом пояс,
Первая женщина