К вечеру домик был прибран, на электроплитке весело булькал борщ, в печке томилась картошка с тушёнкой, а сам Вадим, напоенный горячим чаем с вареньем, лежал под одеялом и внимательно следил за нежданной хозяйкой.
— Ты как узнала, что я здесь?
Дина на секунду оторвалась от своего занятия, немного смутилась и призналась:
— Просто догадалась. Подумала, что к дружкам ты не пойдёшь, у подружек родители не пустят. Значит сюда.
— Молодец, - задумчиво проговорил парень.
— Хочешь ещё чаю? Я тут ромашку нашла, она помогает от кашля...
— Давай.
Она налила из старого термоса в кружку дымящийся напиток и поднесла к кровати. Присела на край, попыталась приподнять голову Вадима.
— Что я, совсем немощный? – проворчал он и сел самостоятельно.
Отхлебнул маленький глоток. Поморщился. Потом глянул исподлобья. Стеснительно поблагодарил:
— Спасибо, Дин.
Ей вдруг тоже сделалось как-то неловко, она соскочила и засуетилась. Вытащила из печи кастрюлю, попробовала и отставила в сторону. Выключила электроплитку. Протёрла стол. Присела на краешек диванчика. На улице стремительно темнело. Короткий зимний день заканчивался.
Дина щёлкнула кнопкой на древнем, даже без пульта, телевизоре и тишину комнаты разорвали звуки музыки. Она сделала потише.
— Здесь только три канала ловит, - виновато подал голос Вадим.
— Не страшно. Просто для фона.
Она потыкала клавиши, оставив какой-то сериал без начала и без конца. Экран иногда покрывался рябью, но в целом изображение было достаточно чётким. Можно даже было вникнуть в сюжет, если б захотелось.
— Последний автобус уйдёт через час, - напомнил парень. Его явно знобило, он натянул одеяло до самого носа.
Она быстро приблизилась, положила узенькую ладошку больному на лоб.
— Горячий, но не сильно... Надо было градусник захватить. Но кто ж знал. Мёрзнешь?
— Ничего страшного. Жить буду. Ты не опоздаешь?
Дина смутилась и как-то нескладно пробормотала:
— А ты? Куда ж я тебя сейчас оставлю?
— А дома? Потеряют же...
— Аааа, - она махнула рукой. – Дома думают, что я на базу поехала.
— Понятно, - протянул Вадим. Его голос снизился до хрипловатого шёпота: - Тогда ложись рядом. Погрей меня, пожалуйста. Как девушка.
Динка вспыхнула и это было видно даже не смотря на её смуглую кожу и тусклое освещение. Она хотела что-то сказать, потом качнулась, чтобы встать. Шевельнула губами. Помолчала, успокаиваясь. Потом также шёпотом проговорила:
— Ладно. Только ты отвернись.
Парень поспешно кивнул и послушно перевернулся на другой бок.
Дина встала, совсем выключила свет, а громкость телевизора сбавила до минимума. Скованно оглянулась на больного. Потом быстро скинула кофточку, брючки и носки. Помедлила. Расстегнула лифчик, бросила его на стул и, оставшись в одних трусиках, нырнула к парню под одеяло. И сразу прижалась к его горячему телу своим, обняла рукой и прошептала в самое ухо:
— Вадик. Ты только выздоравливай быстрее.
Он ничего не ответил, лишь накрыл её ладошку своей ладонью. Вскоре он перестал дрожать, но Динку не отпустил. Так, обнявшись, они и уснули.
И поэтому, когда он говорил, что ничего между ними не было, то в чём-то был прав.
Но сейчас это не казалось важным. В его глазах не было желания. Что-то было, но Дина не могла определить что.
— Да, тогда ничего не было... Но тогда ты меня любил.
Вадим посмотрел на неё с любопытством.
— Мне было шестнадцать лет. Я тогда любил всех девчонок. И боялся.
— А сейчас?
— Сейчас? Я просто понял, что это не вы, а я сам могу выбирать. И перебирать. И поэтому ты сейчас разденешься, а я посмотрю на тебя.
Это было сказано очень уверенным голосом и Динка, до того нерешительно теребившая край футболки,
Еда из попки