не прошеным гостям, пытаясь продумать план действий и его последствия, я невольно остановился на Насте. Несмотря на усталый вид, как же она была хороша! Стройная, красивая, яркая блондинка с большими голубыми глазами. Настоящая славянская красота! В отличие от своих близких, она не пыталась отвести или опустить свой взгляд, словно изучая и оценивая меня. В её глазах не было того страха, что испытывали её родные, они был ясными и прекрасными, угадывалась только лёгкая растерянность и непонимание происходящего. – Сколько тебе лет? - таких выразительных глаз я ещё не встречал на своем жизненном пути.
- Двадцать два, Ксении позавчера исполнилось двадцать, - смотря точно на меня, тихо ответила Настя. От её спокойного голоса и пронзительного взгляда мне стало не по себе, я чувствовал, что начинаю растворяться в ее глубине.
- Что ты с ними сюсюкаешься, Макс! К ответу их и все дела! Они нам полмашины разъебали, ты как, сука профессор, мне собираешься возмещать? - входя в раш начал орать Санёк.
- Я всё отдам..., всё исправлю, честно. У нас есть с собой немного денег, я... оставлю вам номер телефона и адрес и по приезду подготовлю нужную сумму, - он делал всё, что мог в этой ситуации.
- Да ты, сука, через минуту ментов вызовешь, как приедешь домой, ублюдок. Нет... Ты всё отдашь нам сейчас и здесь, мразь! - я не узнавал своего друга. - Твой корч даже бампера не стоит моей "бэхи", ты за жизнь свою, сука, столько не заработаешь. Построились, блять, все в шеренгу прошмандовки! - его ярость начинала бить ключом.
- Всё ценное, деньги, кольца и сережки в мешок... живо, - Олег, достав пакет, стал поочередно подходить к перепуганным и на все готовым жертвам. - И паспорта туда свои быстро положили, суки! - ситуация накалялась.
- Этого, суки, даже на крыло не хватит, - Саня бегло оценил скудное содержание пакета.
- У нас с собой больше ничего нет, но я всё отдам, перешлю или сам привезу. Сколько скажите… Только отпустите нас, пожалуйста! – профессор сложил руки, уподобляясь молящемуся.
Солнце окончательно взошло, озаряя своим теплым светом нелицеприятную и тревожную картину, трясущиеся от страха женщины с сутулым мужичком и вокруг четверо нервных озлобленных «быков».
- Хер тебе в зубы, не можешь рассчитаться, мы сами с тебя расчет возьмём. Бабы твои отработают. По кругу сейчас пустим, и поедете нахуй отсюда, - глаза Сани заблестели похотью.
- Да как вы смеете, нелюди! Так нельзя!!! – сделав шаг навстречу, профессор тут же получил
МОЯ БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ