не рад? - Почему? Рад, даже очень... Вдруг опротивело всё это. "Оденусь и уйду", - подумал я. Объяснения, просьбы никому не говорить, забыть, но при этом звонить, советоваться, если что, быть друзьями, наверное. Я уже собрался было, отодвинув штору, вылезти из ванной, но Оля вдруг сказала: - Постой. Ты, что... подумал? Голос Оли снова прозвучал для меня, как будто самый нежный и самый близкий, и я вдруг устыдился своих трусливых мыслей. "Решил убежать, - пронеслось в голове. - Балбес, уж лучше так, чем забыть... " Мне вдруг захотелось соврать, что ничего я не подумал, что всё хорошо, но, вместо этого, я только тихо ответил: - Да... - Дурак... - сказала Оля, и я почему-то почувствовал, что она улыбается. В недоумении я обернулся. - Мне теперь больше никто не нужен, кроме тебя... - тихо, как будто признавая свою вину, сказал девушка. Обнажённая, мокрая: небольшие груди, ровный животик, чуть вздувающийся у лобка, тонкие руки и прямые узкие плечи, - мечта и счастье в одной девушке, но только для одного. И, услышав её голос, я вдруг поверил, что для меня. А Оля внезапно просто улыбнулась и одними губами прошептала: "Давай..." И полный радостного, распирающего грудь и то, что называется душой, чувства, я обнял её, и аккуратно, чуть давя, но и поддерживая, прижал к стене...
Ящичек с чердака