без всяких стеснений перед своими приятелями, Альфред повесил перед кроватью в спальне, подписав его фразой, - «Ничего не было напрасным».
Как фотографии, так и этот портрет, возбуждали Альфреда, который начал серьёзно увлекаться пост-апокалиптической эротикой.
И ещё одно фото, сильно нравилось Альфреду. На ней так же был изображён его отец с другой повешенной девушкой, где на обороте фотографии, звучала надпись, - «Рыцарь целомудрия».
мой сладкий