чувствовал после всего этого траха. Но в какой-то момент, после тренировок и того раза, когда ты удивила меня в моей квартире, и той сумасшедшей ночи на детской площадке с мамой… Я влюбился в тебя. Мне жаль, что я был таким трусом и не мог сказать об этом раньше.
Лекси искала глаза брата. Она почувствовала, как на глаза навернулись слезы, и сглотнула их. Он действительно говорил серьезно, этот большой дурачок.
— Я люблю тебя, Остин, — сказала Лекси, — прости, что я была слишком глупа, чтобы не сказать это раньше. — Она наклонилась и легонько поцеловала брата в губы. Щеки. — Но что с того? Мы любим друг друга. Отлично. Мы не собираемся жениться. Мы даже не собираемся прекращать заниматься сексом с другими людьми, не так ли?
— Нет, думаю, я всегда буду хотеть маму и Молли, — сказал Остин, глядя в сторону, как будто он действительно мог чувствовать себя виноватым. — А как насчет тебя? Ты собираешься остановиться?
— Я так не думаю, нет, — сказала Лекси. Конечно, была семья. Но также было обещание всего интересного с Ким и Коулом. Даже с Мелани. Лекси знала, что теперь она никогда не остановится. Не сможет. Ее любовь к Остину была больше, чем она могла себе представить, но она знала её форму, и она не вписывалась в традиционную жизнь. Она не была создана для чего-то такого ожидаемого и скучного.
— Итак, мы договорились, — сказал Остин, — но ты должна знать, что я твой. Навсегда. Как ты и сказала, я не могу на тебе жениться. Но я бы женился, если бы мог. Если отбросить все остальное, я выбираю тебя. Не Молли и даже не маму. Ты первая в моем сердце и в моей жизни. Это не то, что я когда-либо представлял себе. И честно говоря, это намного лучше. И это никогда не изменится. Даже если ты не чувствуешь того же по отношению ко мне.
— Чувствую, — сказала Лекси. — Ты первый в моем сердце. На первом месте в моей жизни. Я, наверное, сумасшедшая, потому что я полностью влюблена в своего прекрасного младшего брата.
Опять это слово. Младший. Остин тоже это уловил.
— Это ты так умничаешь? — спросил он. — Младший брат?
— Не смешно, — сказала Лекси. Она взяла подушку и сунула ее брату в лицо. Он игриво оттолкнул ее.
— Я и не пытался, — сказал Остин. — Итак, моя давняя любовь и сестра, ты уже решила, что будешь делать с нашим маленьким комочком радости?
— Да, — сказала Лекси.
Она лукаво улыбнулась брату.
— И ты не собираешься сказать мне? Отцу твоего ребенка? — Остин выглядел искренне расстроенным.
— Я думаю, ты уже знаешь, — сказала Лекси.
— Ты будешь замечательной мамой, — сказал Остин. Он крепко поцеловал сестру, толкнув ее спиной на кровать. Он уже тянулся к низу ее рубашки. К поясу ее брюк. Как будто он не знал, с чего начать, просто хотел, чтобы все это исчезло. — Пора начать работать над ребенком номер два, — сказал он, целуя ее.
— Так не бывает, дум-дум, — сказала Лекси.
— Это папа для тебя дум-дум, — сказал Остин.
Позже, когда они оба лежали нагими, тело Остина блестело от пота, а с его члена капали соки сестры, Лекси закричала:
— Мой брат так хорошо меня ебёт!
— Ура! — услышала она слабый возглас Молли.
— Засади ей хорошенько! — крикнула Кристин.
Лекси смеялась над собой, над своей семьей. Затем она застонала от удовольствия, когда ее брат снова вошел в нее членом.
Ах, Любашка