попросил нас залезть в него. Как только я опустила в бурлящую водичку свои ножки, то создалось ощущение, будто я окунула ноги в газированую минералку. От воды, колготки стали липнуть к коже ножек. Вокруг икр, окуненных в воду начали скапливаться маленькие пузырьки. Таня с Лизой засмеялись. Я потрясла своими сиськами перед девочками. Фотограф все снимал наши мокренькие колготки. Я решила его немного подразнить. Повернулась к нему спиной, наклонилась и начала плавно опускать свою попку в воду. Тепленькая водичка обволакивала нижнюю часть туловища, заставляя колготки приятно липнуть к ягодицам, обтягивая кожу до состояния возбуждения.
Я ныряла и выныривала сочкной попкой в воде. Таня с Лизой последовали моему примеру. Все это время мы находились стоя спиной к молодому фотографу-извращенцу. Семен фотографировал наши попки, акцентируя внимание на мокрые колготки. Мы вылезли из джакузи и стали раком, прогнув спины и оттопырив вверх попки. Дочь и племяшка стояли по бокам от меня. Лиза слева. Таня справа. Я положила ладонь левой руки на ягодицу Лизы, а правую – на ягодицу Танюшки. Раздалось несколько щелчков фотоапарата.
«Ух ты! Какие кадры! Моей редакции это понравиться!» - сказал он с явным воссторгом в глазах: «Елена, станьте с Таней в позе ножницы.»
Я поначалу засмущалась, ведь это уже было практически порно. Но все-таки согласилась. Мы легли на ковер и стали тереться влажными ножками в мокрых колготках своми писечками. Ластовицы колготок соединялись в одно целое, будто наши вагины целовалиь мжду собой. И это было приятно. Наверняка кто-то из читателей назовет нас фетишистками-извращенками, не думающими ни о чем другом кроме как о лесбийском сексе в колготках и анальной маструбации с огромными резиновыми писюнами с функцией исскуственного семяизвержения. Но это не моя вина. Если бы от меня не ушел муж-изменщик. То возможно, я бы не устроилась работать в секс-шоп и не изменяла бы ему. Дочка бы росла нормальной девушкой и не думала только об одном сексе и не стала бы шлюхой. Но этого не случилось. А если бы я держала огромное накопление сексуальной энергии в себе, и никак не выплескивала его через маструбацию, то возможно сошла бы с ума и превратилась бы для дочери в раздраженного, вечно неудовлетворенного домашнего тирана.
Я испытывала наслаждение от прикосновений ножек друг дружки. Но особо бешеную похоть вызывало трение ластовицами колготочек друг дружки. Моя Танечка раздвигает ноги, открывая свой бутон под нейлоновой ластовицей для состыковки с моим. Бежевые колготки так сексуально контрастировали с моими коричневыми, отчего бы взвелся и кончил член любого фетишиста-извращенца. Мы терлись друг об дружку ножками, испытывая истинное наслаждение, которые могут испытать только лесбиянки. Моя пися в колготках состыковалась с ее писей. Обмениваясь влажными соками и теплом друг дружки, которое излучали наши колготки, мы страстно балдели, наслаждаясь собственными ножками. Это было так сексуально!
«Ну, что? Вы довольны?» - спросила я, поглядывая на Семена с камерой в руках.
«Да.» - сказал Семен: «Эти колготки просто созданы для ваших ножек!»
Мне это льстило. Фотограф предложил мне присесть на диванчик, а дочери лечь рядом, положив голову мне на ножки.
— «Мама, твои ножки такие мягкие и шелковистые! Особенно бедра. Хорошие ты себе колготки выбрала! Такие гладкие!»
«Спасибо, котик. Тебе нравяться? Понюхай их хорошенько. Вдыхай аромат маминых ножек!»-сказала я, гладя Танечку по голове. Семен все щелкал нас на камеру, снимая с разных ракурсов, детально фокусируясь на наших колготках.
— «Теперь, Лиза, сядь на пол, обопрись об него ручками и широко раздвинь ножки.»
«Я смущаюсь, дядя Семен!» - сказала Лиза. И действительно, это уже переходило в порно. Но Семен сказал, что нам
Ночь полная секса 4 (Продолжение).