бухгалтеру потребовалось бы несколько лет, чтобы узнать его бизнес.
— "Правда, ты действительно заставишь меня унижаться, Грег...ори?" - сказал Марк, его голос был умоляющим.
Я рассмеялся, Джеймс улыбнулся.
— "Ну, твое унижение было бы мне приятно, но, в конечном итоге, бесполезно. Мне интересно, почему вы здесь. Я имею в виду, что все вы планировали унизить меня. Вы придумывали оправдания и не заботились о моих чувствах, в то же время воркуя и сюсюкая вокруг Джиллиан и этого засранца, говоря мне, чтобы я смирился. Но я справился и решил, что не хочу иметь ничего общего ни с кем из вас. Вы не можете поверить в такой выбор?"
Минуту никто ничего не говорил.
— "А знаешь, ты был прав", - тихо сказала Лина, когда повисло молчание. Я поднял бровь.
— "В смысле?" спросил я.
На мгновение Лина посмотрела на Марка, тень прошла по ее лицу, я удивился ее гневу, но потом он прошел, сменившись печалью. Марк посмотрел на свои руки и ничего не сказал.
— "Насчет стрип-клуба, задней комнаты, ты был прав", - грустно сказала она.
Должно быть, на моем лице отразилось удивление. Когда Марк хвастался об этом, я думал, что он просто преувеличивает, будучи болтуном. Когда я рассказал Лине о том, что говорил Марк, я сделал это, чтобы причинить им боль. Я и не думал, что это было на самом деле.
"Ух ты, значит, ты не врал, Марк?" - немного недоверчиво спросил я своего бывшего друга.
Он на мгновение поднял на меня глаза, затем снова опустил голову и кивнул. Я посмотрел на Лину, приподняв бровь.
— "Ты был прав, Грегори, и не только в отношении поведения Марка", - сказала она Джеймсу и мне, в то время как Марк продолжал опускать голову. "Ты был прав во всем. Мы так увлеклись романтикой, которую нам продавали Трой и Джиллиан, что даже не подумали о тебе".
Я собрался было ответить, но Лина покачала головой. Впервые я придержал язык.
— "В тот день, когда ты рассказал нам о Марке, на несколько секунд я подумала, что ты просто пытаешься нас расстроить, но потом я увидела его взгляд и поняла, что ты говоришь правду. Но ты ведь не знал, что это правда, не так ли?" - спросила Лина.
Я помотал головой и хмыкнул.
— "Ну и дела". - Она сделала паузу, затем посмотрела на меня. Я удивился, увидев там грусть, и что она была направлена на меня.
— "Я думаю, мы все знали, что это ранит тебя, Грегори. Когда он вернулся, а потом еще несколько человек рассказали нам об этом, мы все знали, что это неправильно, но похоронили себя в иллюзии, что это настоящая любовь, и лгали себе, что это правильно. Оказалось, что некоторые из наиболее ярых сторонников, например, мой муж, - сказала она с горечью. - "успокаивали свою совесть, говоря остальным, что все будет хорошо, чтобы скрыть свою собственную измену".
Я посмотрела на разбитую пару. Марк не мог смотреть никому из нас в глаза, а Лина была на грани срыва.
— "А теперь?" спросил я просто.
Лина горько усмехнулась.
— "Теперь, скажем так, это все выходит боком. Мы сильно ранили того, кого любили, и мой собственный брак висит на волоске. Я не знаю, выживет ли он".
Я посмотрел на Марка, который продолжал молчать. Я знал, что он слушает, но не может поднять головы. Если это было чувство вины, которое они пытались использовать, чтобы заставить меня пожалеть их, то зря.
— "Я не могу сказать, что мне неприятно слышать, что вам обоим больно", - мягко сказала я. - "Однако, факт остается фактом:
Первый раз, он самый лучший?