В течение всего дня мы вспоминали и смеялись, рассказывая истории. Мы плакали и даже пели песни в эти последние часы. Дети попрощались, затем встали вокруг кровати, а я сидел и обнимал свою жену.
— "Я люблю тебя", - сказал я ей, чувствуя, что наше время вместе продлится всего несколько минут. Я чувствовал, как на глаза наворачиваются слезы.
— "И я люблю тебя", - слабо сказала она, ее глаза начали тускнеть, перед нами были последние мгновения Ребекки в этом мире.
Ее хрупкая рука потянулась вверх и легонько шлепнула меня по щеке, напоминая о нашем первом дне вместе. Мы улыбнулись, и она потянула меня за рубашку, а я наклонился и поцеловал ее.
Внезапно все предыдущие годы словно растворились в воздухе. В моих объятиях она была, как моя невеста в первом поцелуе, ни морщинки на лице, ни рака, разъедающего ее тело, мы были молоды и энергичны. Ее глаза были яркими, а любовь, которую она испытывала ко мне, почти переполняла меня. Я чувствовал, как ее губы целуют мои, даже когда она делала свой последний вдох, отдавая мне последние силы, которые у нее были, в абсолютном обожании и любви.
Я склонился над ней, мои глаза были закрыты, и я чувствовал, как простыни намокают от моих слез, когда она ушла.
Я плакал, чувствуя, что часть меня была потеряна навсегда. Моя семья окружила меня, и мы плакали открыто и громко. Ребекка, моя жена, мать всех четверых моих детей, была моей настоящей любовью, моей родственной душой, и я знал, что никогда не буду прежним без нее в моей жизни.
Но я был также счастлив. Она больше не страдала от боли, вызванной раком, разрушавшим ее тело.
После этого я знал, что, хотя ее нет со мной, у меня будут ежедневные напоминания о нашей совместной жизни. У нас были наши дети, и почти каждые выходные кто-то из них был рядом со мной или я ездил к ним в гости. Джеймс и Шерри со своим выводком тоже часто бывали рядом. Нет, никто никогда не позволял мне быть одиноким.
Проходили месяцы после смерти Ребекки, и я радовался за свою семью, радовался за своих друзей. Ночью, если мне было одиноко, у меня было столько фотографий и видео о нашем совместном времяпрепровождении, что я всегда ложился спать с улыбкой. И нет, не все они были эротическими, но их было достаточно, чтобы, когда я чувствовал себя немного возбужденным, Ребекка все еще была рядом со мной. В последующие годы, кончив, я часто представлял ее рядом со мной, нежно целующей меня, когда я засыпал, довольный нашей любовью друг к другу и тем, что когда-нибудь мы снова будем вместе.
Где-то полгода спустя после смерти Ребекки я наслаждался кофе субботним утром в нашем местном кафе, когда какая-то тень прошла надо мной и внезапно остановилась.
— "Грегори?" - произнес голос, который я не слышал более тридцати лет.
— "Джиллиан", - ответил я, узнав постаревшую женщину, которую когда-то любил. Не знаю почему, но я жестом указал на место по другую сторону стола. - "Хочешь присоединиться ко мне?" - спросил я.
Она колебалась мгновение, прежде чем кивнуть головой и сесть.
Изучая ее, сидящую, я отметил морщины на ее лице, потухший взгляд ее глаз, веснушки на ее руках и относительно худое тело. Я не слишком следил за ее жизнью с того вечера на крыльце моего дома, но из того, что я знал, ей приходилось нелегко.
— "Как дела?" спросил я, начиная разговор.
— "О, знаешь, с возрастом тело реагирует уже не так, как раньше. Когда я пытаюсь встать утром,
миньет по просьбе