продолжая иметь Джениффер, ухватил одной рукой ее подбородок и поцеловал ее вначале в ушко, а затем в губы.
Джениффер ухватилась рукой за свой член и стала мастурбировать. Вновь она билась в экстазе. В скором времени из члена Джениффер на стол полился поток спермы. Скоро и член Стива завибрировал и его семя наполнило задницу невесты. Джениффер развернулась к Стиву, поцеловала его и сказала:
— Это было супер.
После чего, встав на колени, она слизала остатки спермы с члена Стива, еще недавно бывшего у нее в заднице.
После этого случая у Джениффер и Стива началась жизнь настоящей пары с регулярным сексом. Джениффер поняла, что у нее есть чувства к Стиву. Ей нравится секс с ним, нравится проводить время вместе. Сомнения в голове Джениффер улетучились. Пара, бывшая когда то фиктивной, стала реальной.
Тем временем предвыборная гонка шла в самом разгаре. Джениффер уверенно шла второй, на праймериз демократической партии и приближалась к своему главному конкуренту - Брауну. Однако компания подходила к концу, оставалось всего пара голосований в штатах и если Джениффер не вырвется вперед в ближайшее время, то гонка проиграна. Надо было что то делать. Штаб Миллер пришел к выводу, что самым лучшим вариантом будет заручиться поддержкой третьего кандидата на выборах – Аманды Джонс. Даже часть ее избирателей, помогла бы Миллеру вырваться вперед. Поэтому Миллер договорился о встрече с Джонс и ее штабом для проведения переговоров.
И вот Джениффер стояла в коридоре Конгресса, ожидая прибытия Джонс и ее представителей для переговоров.
— Джеймс, как давно я тебя не видела! – сказала Джениффер женщина, с объятиями подходившая к нему.
Это была Анна, старшая сестра Джениффер. Анна была бизнесвумен, сама жертвовала многие средства на кампанию брата, а также аккумулировала средства от других спонсоров. Поскольку именно Анна фактически заправляла финансами избирательной кампании Джениффер, решено было привлечь ее к переговорам.
— Да уж, изменился ты сильно. – сказала Анна, оглядывая Джениффер. – Ну это твой выбор, и я за него рада. И прости, непривычно, ты же теперь не Джеймс, а Джениффер. Да братик? Ой, то есть сестренка.
— Все нормально. - ответила Джениффер и оглядела сестру.
Ты выглядела как обычно отлично для своих 40 лет. Стройная фигура, стильное платье с каблуками, голубые глаза, короткая стрижка, светлые волосы, ровное личико. Не удивительно, что всю жизнь вокруг нее вились толпы мужиков.
— А вот и Джонс. – сказала Джениффер и указала на идущую к ним группу.
Группа из нескольких черных возглавлялась Амандой Джонс. Это была афроамериканка возраста Джениффер, с типичной внешностью для черной женщины, прической афро. Стоит сказать, что и она выглядела довольно неплохо.
Обе группы переговорщиков поприветствовали друг друга, а затем прошли в переговорную. Первым делом Джениффер озвучила свою часть предложения, а именно поддержать ее кампанию, взамен обещая Джонс пост вице-президента.
— Подумайте, вы будете первой афроамериканской женщиной, открытой лесбиянкой на посту вице-президента. – обрисовала Джениффер перспективы. – А теперь мои коллеги зачитают ряд докладов.
Далее Саманта зачитала то, в каким пунктах сходится программа Миллер и Джонс, а затем Анна зачитала показатели по финансированию. Джениффер заметила, что Анну Аманда слушала особо внимательно. После окончания доклада Джонс перешепталась с сотрудниками своего штаба и сказала:
— Мы должны подумать. Все таки мы хотим, чтобы президентом США стал чернокожий, а вы увы не такая. Но мы еще посовещаемся.
Команда Миллера первая вышла из переговорной.
— Походу они не хотят соглашаться. – сказала Саманта, когда они вышли в коридор. – Я должна еще подумать, что нам делать.
Витькина теща