тебя разбужу.

Было 5:30, когда Филипп постучал в мою дверь.

– Джон. Выходим в шесть. Месса – в 6:30, в здании.

Церковь находилась всего в пятнадцати метрах от черного хода дома священника, так что, теперь у меня хватало времени. Я даже принял душ и побрился. И снова обмотал руку чистыми бинтами.

Мы приехали в 6:05, и Филипп пошел облачаться. У католических священнослужителей для каждой ситуации или даты есть определенная одежда и аксесуары. Я сидел на скамье, одинокий человек, и даже немного постоял на коленях на мягкой подставке и молился. Это было не ужасно, даже приятно, хотя и очень рано.

Зашли несколько пожилых мужчин, один с ходунками. В конце концов, пришли две пожилые женщины, молодой человек лет двадцати пяти и миниатюрная женщина лет тридцати. Вошел отец, и началась месса. Филипп быстро прошел через весь ритуал. У него не было помощников (как я узнал, их называют серверами), поэтому он выполнял все задания сам. У него была проповедь, и я слушал.

Думаю, он хотел сказать мне именно это, а позже я узнал, что он хотел сказать это нескольким из нас:

– Бывают времена, когда хорошие мужчины или женщины оказываются в трясине. В их жизни появляется обман, предательство, неудачи. Кажется, что любви к этим хорошим людям нет, и легко погрузиться в отчаяние. Отчаяние – не самое страшное. Возможно, они даже правы: это время для отчаяния, но не позволяйте отчаянию стать концом. После него вас обязательно ждет что-то хорошее. Выйдите из него. Найдите кого-нибудь, кого можно полюбить. Помогите кому-то найти любовь. Есть добро, есть радость, есть жизнь для всех нас. Сама жизнь – это дар Божий. Примите, что это хорошо, что отчаяние закончится и появится любовь. Вы найдете путь, который будет лучше, если вы открыты для любви.

Он посмотрел на меня и процитировал Гюго:

– «Умирать – это пустяк. Ужасно – не жить».

Мне никогда не приходила в голову такая идея, включающая ответственность. Неужто Данстон никогда не жил или жил лишь частично? Неужели меня призывают жить полноценно? Трудно осознать глубину, с которой многие исследовали мораль, религию или жизнь. Одним из них, как я теперь понял, был Фил, он казался старым парнем с обнаженным сердцем, читающим Гарсия-Маркеса или Джона Голсуорси, но в его идеях есть разум. В каждой его проповеди есть философия и познания, выходящие за рамки Священного Писания,.

Позже я задавался вопросом, действительно ли он верит во все догмы своей церкви, или принимает их, потому что видит в их основе нравственную доброту.

Когда месса закончилась, отец Филипп просто объявил об этом, прошел по центральному проходу в заднюю часть нефа и начал разговаривать с прихожанами. В этом большом, практически пустом католическом здании звучали смех и дружба. Я встретил Джо и Ричарда, двух ветеранов Кореи и Вьетнама, приветственными рукопожатиями левой рукой. Просто сказал, что повредил руку на работе. Они были впечатлены тем, что я тоже служил, и посчитали, что мне повезло, что я не участвовал в боевых действиях. Пожилой женщиной была Сибил из Флориды – позже я узнал, что она переехала в Скай-Грей, когда ее муж застрелился. Молодой человек сразу же уехал, вероятно, чтобы вовремя попасть на работу. Женщиной почти моего возраста была Мария, рыжеволосая, с привлекательным, но рассеянным взглядом. Она была очень маленькой, почти крошечной, и держалась так, словно хотела быть еще меньше. Она была, вероятно, самой красивой женщиной в любой комнате.

Филипп взял ее правую руку в обе свои, как будто думал, что она может вырваться, что-то прошептал ей и пошел с ней ко мне. Я на секунду

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 33117

Несколько дней Вадима Петровича. Глава 4

Ну вот банальность.

История двоих. Часть 4

Стратегические основы фейсситтинга

Построение графика (Части 22 - 25)