кажутся более приятными, когда новоиспеченный отец испытывает головокружение от пережитого. Я вспомнил два таких момента и постарался удержать эту мысль от горечи. Я поздравил его и пожал ему руку.

– Джон, – сказал я.

– Барри, – сказал он. Он посмотрел на мой бейджик. – Вы...

– Да. Я часто это слышу, – сказал я, улыбаясь и надеясь, что он не обратит на это внимания. Он улыбнулся и кивнул, поддерживая мою уверенность.

На этот раз на меня кому-то указал один из врачей. Я снова услышал, как прошептали мое имя, а затем и произнесли. Люди оглядывались по сторонам, и я тоже оглянулся. Кассир отказался взять мой пластик.

– Простите, мистер Бак, это за наш счет. Вы спасли многих из нас прямо здесь, и ваши деньги здесь не годятся.

– Спасибо, Меган. – Я подумал, что надо было взять и десерт.

Я отнес свой поднос к столику за углом, подальше от толпы. Ел в тишине в течение десяти минут.

Я сдал поднос и тарелки и пробирался сквозь толпу, когда какой-то болван с фотоаппаратом использовал вспышку, привлекая к моему уходу внимание. Я помахал рукой и пошел дальше, когда снова услышал свое имя. Когда же это закончится? Я не хотел быть диковинкой.

У меня было много СМС от секретарей больниц. Телевизионные шоу хотели, чтобы я позвонил и договорился об интервью, из них моим любимым было «Tonight Show». Я подумал об этом, но решил отказаться. Они могут прочитать полицейские отчеты. Я установил свою политику и буду ее придерживаться, но не потому, что не могу противостоять своей знаменитости, а потому, что событие было ужасным, и его гнусность могла привести к другим.

Я попросил больницу – то есть Кэти – отправлять заявление на все просьбы об интервью, в котором просто говорилось:

Никаких комментариев, мне нечего сказать. Я не хочу поощрять дальнейший терроризм, рассказывая об этой ужасной трагедии.

***

Я знал Марию почти два месяца, недолго, но достаточно, чтобы серьезно задуматься. Наступила последняя неделя сентября. Мне нужно было ехать в Кливленд.

За день до моего отъезда, поздно вечером, мы посетили парк с уединенной тропинкой и водопадом. Мы сидели на краю большого камня и разговаривали, глядя на водопад в шести метрах от нас. Я держал ее за руку и сказал:

– Мария, я готов влюбиться в тебя. Я знаю тебя уже почти два месяца. Рассказал тебе о себе все. Я также думаю, что ты рассказала мне о себе самое важное. В тебе нет ничего, что бы мне не нравилось. Ты красивая. Нежная. Умная. Я хочу тебя, и просто удерживать руки подальше от тебя трудно, но я не готов к обязательствам. Я не прошу тебя о постоянстве или чем-то подобном; это кажется слишком подростковым. Но спрашиваю, чувствуешь ли ты эти эмоции также. Я ничего не обещаю и не хочу от тебя ничего. Пока нет, но мне нужно знать, пройду ли я этот путь в одиночку.

Она взяла меня за другую руку, так что, теперь держала обе, и сделала глубокий вдох.

– Около десяти лет назад я училась в колледже в Луисвилле. У меня был новый парень. Брэндон. Я знала его всего две недели, мы дважды ходили в кино и гуляли в парке. Он казался хорошим. Пригласил меня на вечеринку братства. Я доверяла ему, но это было не братство, а просто дом, который снимали некоторые из них.

– В общем, Брэндон выпил с другими парнями, а потом они выпили какие-то таблетки. Они сказали, что это метамфетамин. Я попыталась уйти, но они мне не позволили. Они включили громкую музыку и

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 33128

Встречи

Ступенька 6. часть 2. Продолжение. Тамара, Серафима.

Первое преображение милашки

На цепи

Развратный квартет ч.4