глядя на свою руку в руке Марии, вспоминая парня, который преподавал философию, но не носил носков. Чего я заслуживаю?

Я посмотрел прямо на Карен. На мгновение я помолчал, а затем спросил:

– Сколько времени займет реабилитация?

– Возможно, два месяца, но в каждом конкретном случае это по-разному, так что... лето.

Она пожала плечами, смутившись, но обрадовавшись. Она знала, что я раздумываю.

Я видел в ней решимость, сосредоточенность на моих словах. Она беспокоилась о своих детях и только о них. Она слушала только одно: сделаем мы это или нет?

Я сказал:

– Мы никогда не будем близки, Карен Энн. Ты и я. Я – не твой друг. Некоторые вещи остаются навсегда, а то, что ты сделала, было... незабываемо, если не непростительно. – Я заколебался, обдумывая, что мне сказать. Покачал головой, когда она кивнула своей. Она всегда будет чувствовать себя неловко, и, возможно, дети это увидят. Может быть, она найдет парня, и вся эта подготовка отойдет на второй план в нашей жизни.

Я чувствовал маленькую женщину слева от себя, чувствовал ее уверенность во мне. Она знает меня и любит. Байрон был прав: самая большая радость – это знать, что тебя любят. Было бы страшно не жить. Может быть, я смогу быть достойной этого.

Я увидел в глазах Карен Энн надежду, когда замолчал. Она не услышала «нет».

Я повернулся к жене.

– Нам надо поговорить.

Мария посмотрела на меня, сжала мою левую руку своими маленькими пальчиками и улыбнулась.

– Да. Надо.

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 33014

Монастырь "Святой Женевьевы"

Из дневника (продолжение)

Новая подруга Настенька (часть 1)

Как бы это могло быть на самом деле. Славкины женщины - 2

Две сестры