— Да, мы с мужем приехали пару дней назад, а я немного простудилась и теперь коротаю время в отеле. А Дима уехал на северный склон. Скоро должен вернуться.
— Я тоже приехал покорять склоны, - сказал Сергей, нагло разглядывая интересный золотой медальон на её смуглой, матовой коже, в вырезе лёгкого свитерочка. Потом пристально посмотрел в её светло-голубые глаза и с присущей ему наглостью, которая нравится женщинам, сказал:
— Предлагаю Вам, девушка, ваш больничный провести в моём обществе на противоположных склонах. Вы мне интересны.
— Всё бы ничего, но..., - спокойно ответила она.
— Давайте номер мобильника, я завтра к одиннадцати приеду за вами. Мы уедем в Сочи. Будьте умничкой и мы чудно проведём время. О’key?
— О’key.
Улыбнувшись, ответила девушка и тихо, чуть наклонив к Сергею голову, сообщила номер.
— Завтра позвоню, сказал он, и направился к выходу торопливыми, но уверенными шагами.
Она посмотрела ему вслед и совершенно спокойно, с едва уловимой улыбкой в уголках рта, с безразличием стала продолжать перелистывать какой-то модный журнал, взятый с журнального столика.
Часть II
На следующий день Сергей, подъехав к отелю, позвонил по телефону.
Юлия вышла в лёгкой, короткой, хорошей выделки скандинавской норке, в высоких, чёрных бархатных ботфортах на изящной шпильке. Её уложенное каре «под Мерлин» говорило о том, что она ждала его.
Элегантно сев в машину, как умеют садиться женщины только уверенные в себе и садящиеся в хорошие машины уже давно, Юлия не спрашивая, куда они едут, открыла мобильник, набрала номер и, когда ответили на другом конце, совершенно спокойным, женственным голосом стала говорить:
— Димуль, за мной пришла машина. Я уже еду в Дагомыс в клинику к Инге, та, что в медцентре «Олимпийской» работает. Вернусь вечером. В Сочи, водитель говорит, пробки, и обратная дорога до Поляны займёт часа три. Ты вернёшься, не скучай. С Сашком и Милой выпейте пива. Загляни в холодильник, там вам хватит. Здорово не надирайтесь, ты мне ещё нужен живым. Я скучаю по тебе мой шкодливый пацан. Вернусь к одиннадцати. Будь умничкой и береги себя. Целую.
Юля закрыла телефон, как ни в чём не бывало, улыбнулась и опустив кокетливо ресницы сказала:
— Женщина жива, пока она ещё может изменять.
Сергей молчал, оторопев от такого введения, завёл двигатель и ушёл резко со старта, дымясь резиной.
— Поедем в King Park, это рядом с «Лазурной». Там уютно и больше времени проведём вместе, сказал он.
Юля посмотрела на него, как-то странно и ответила:
— Ты, Серёжа, думаешь я тороплюсь? Неа. Утром приеду, и все будут счастливы.
— Да-а-а, высокие отношения. Много крови пролила за свою свободу и независимость?
— Серёж, это тебя не касается... Ты ведь хочешь трахнуть меня. Это главное.
Сергей промолчал. Он подумал, что не одна его Жанна обладает, в такой степени, московским цинизмом. Есть ещё женщины, умеющие вогнать мужчине нож между рёбер, сплошные, бля, Шэрон Стоун, был его вывод.
Машину он отдал прислуге отогнать в паркинг. Юля, как всю жизнь прожила с ним, взяла его под руку, как ни в чём не бывало, и они в мгновение оказались вполне приличной парой. Мир привык к таким парам: седоватым мужчинам и молодым, красивым женщинам рядом с ними. Да, собственно King Park и не знал других.
Сергей снял эти апартаменты, с видом на море, имея одно желание: отдохнуть с этой белокурой самкой, развеяться и снять накопившуюся усталость от многомесячных, бесконечных командировок. Он знал, что Юле, этой респектабельной шлюхе, нужен от него только секс. Это именно то, что нужно было ему. Секс и никаких обязательств.
Семья Журбиных