навестил меня здесь, в больнице. Он узнал двух мужчин на фотографиях. Я думаю, что их возвращение домой было не совсем тем, на что они надеялись. Супруги просто не понимают этих вещей. Обе жены подали на развод, и ты предоставила доказательства в пользу их исков. Итак, много жизней в дерьме. Я надеюсь, что вы, ребята, сделали много хорошего в этой поездке, потому что вы оставили здесь массовые разрушения. Я ожидаю, что в следующий раз мы встретимся в суде.
Твоя машина у твоей матери, и она знает, что происходит. Она была немного шокирована фотографиями, но согласилась приютить тебя, если тебе нужно где-то остановиться. По крайней мере, у нас нет детей. Однако у парней, с которыми ты трахалась, есть дети, и теперь они будут видеть своих детей только во время разрешённых судом посещений. Если ты решишь вернуться в нашу церковь, тебе наверняка показажется, что вокруг очень холодно. По моим подсчётам, вы с Кэрол разрушили жизни по меньшей мере дюжины разных людей. Хорошего дня,
Джон.»
Синди издала первобытный крик и, рыдая, рухнула на пол. Люди в соседней комнате позвонили на стойку регистрации. Через пару минут раздался стук в дверь. Когда она не ответила, менеджер воспользовался универсальной картой-ключом, чтобы войти в номер. Она села на пол и обняла Синди, тихо говоря:
— В чём дело, милая? Расскажите мне, что происходит.
Письмо лежало на полу рядом с Синди. Она протянула его менеджеру. Та держала Синди на руках и читала письмо.
— О, дорогая, я читала об этом в газете. Я думаю, это было довольно дерьмовое шоу. Похоже, всё будет только хуже. Давай уложим тебя на кровать. Сегодня вечером я уберу твою комнату и пришлю наверх немного еды. Тебе нужно поесть. Я также попрошу кого-нибудь проверить тебя несколько раз. Отдохни немного.
Уходя, она заперла мини-холодильник. Она не хотела дать Синди напиться.
Джона выписали в субботу утром, и он вернулся домой на арендованной больничной коляске. Они оставили его в гостиной. У него был гипс на руке и плече, который должен был оставаться там какое-то время. Бет заботилась о нём, и к ней присоединилась её мать. Мама объясняла, как месяц спустя она поняла, что бросить его было огромной ошибкой, и с тех пор сожалела об этом. Она никогда не была замужем, и Бет сказала, что редко ходила на свидания. Они с Джоном навёрстывали упущенное.
Около 15 часов раздался звонок в дверь. Бет открыла его. Это была пожилая женщина.
— Я могу вам чем-то помочь?
Женщина сказала:
— Пожалуйста, не стреляйте в посыльного. Я мама Синди. Она хотела прийти сама, но у неё есть судебный запрет. Могу я войти?
Джон сказал впустить её.
Когда она вошла, Джон спросил:
— Как у тебя дела, мам? Ты же знаешь, ты мне всегда нравилась. Мне жаль, что это встало между нами. Спасибо, что заглянула.
Джин улыбнулась.
— Я боялась, что ты пристрелишь меня. Я рада, что ты не ненавидишь меня. Как у тебя дела, и не мог бы ты представить меня?
Джон улыбнулся в ответ.
— Я не ненавижу тебя, Джин. Это моя дочь Бет и её мать Марша. У меня всё двигается к лучшему. Плечо болит, но у меня есть таблетки. Физически у меня всё в порядке. Психологически не очень.
Джин повернулась к Бет и Марше.
— Спасибо вам за то, что помогаете ему. Это трудное время для всех. Синди - настоящая развалина. Хотя начала эту катастрофу Кэрол, Синди понимает, что большая часть ущерба лежит на ней. У неё нет оправданий тому, что она сделала. Она действительно сама этого не понимает. Она прочитала
Желания