держась за ручки, сидели на лавке чуть поодаль Романа, который всё вёл свой рассказ, попутно отвечая на вопросы. Пейзаж разрушенного имперским флотом мегаполиса сменился(хоть Аля поначалу и не хотела этого делать) на более мирный. Троица пребывала во всё том же Леограде — каким он был ещё до вторжения. Из центрального городского парка, где находились молодые люди, открывался вид на уходящие ввысь и вдаль бесчисленные небоскрёбы, ярко сиящие всеми цветами радуги. Поблизости, разумеется, не было ни души, благо симуляция могла позволить такую блажь даже в многомиллионном городе.
– Думаю, ты помнишь «бородатое» объяснение того, как можно мгновенно попасть из одной точки пространства в другую, - обращался Роман к Але.
– С листом бумаги? - предположила девушка.
Роман утвердительно кивнул.
– Ника, дай мне лист, - попросил он у синтетической личности.
– Держи, - протянув ладонь Роману, ответила Ники. В руке у неё, словно из ниоткуда, появился пресловутый белый лист бумаги.
– Благодарю. Теперь смотри, - продолжал он, согнув лист пополам и ткнув в него пальцем, - Если проткнуть где-то тут, это будет кратчайшим маршрутом. Верно?
– Это довольно грубое объяснение, - сделала замечание Ника.
– Грубое, но в целом точное... если речь идёт о мосте Эйнштейна-Розена, - продолжал Роман с планеты Земля.
– С этим трюком, как ты знаешь, есть проблемы. Получать отрицательную массу мы так и не научились, зато мнимую — сколько угодно. Угадай теперь, в чём самый юмор? - задал терриец риторический вопрос, и, не дожидаясь ответа, продолжил:
– В отношении гиперкомплексного пространства все эти протыкания листа иголкой — полная туфта. Когда происходит смещение, Вселенная для корабля становится примерно такой... - с этими словами, Роман обеими руками смял лист, предъявив сидящим на скамейке девушкам получившийся комок.
– И это — действительно грубое объяснение, - прокомментировал он созданный им только что «объект искусства».
– Профессор говорил что-то об изменении ориентации корабля относительно векторов на четырёхмерной сфере... - начала вспоминать Алёна.
– На первом курсе ещё не то расскажут, - парировал Роман, затем добавив:
– Слушай, мы сами в точности не знали, как всё работает. До недавнего времени.
– Как же тогда летали... да и летают корабли? - справедливо заметила Аля.
– Одно дело — пользоваться технологией, совсем другое — понимать нюансы.
– Ну скомкал лист, что дальше? - спросила вдруг Ники, будто обижаясь за испорченную виртуальную бумагу, - Как ты отправляешь сигнал без задержки?
– А с чего ей взяться? - пожал плечами Роман, - В «гипере» нет времени.
В окрестностях скамейки вдруг повисла тишина; обе девушки сидели, широко раскрыв глаза и рот.
– …по крайней мере, в привычном нам понимании, - всё же решил уточнить землянин. Але, впрочем, легче от этого не стало, а Ника, судя по отсутствующему взгляду, в этот момент что-то подсчитывала; возможно, проверяла научные формулы, заложенные в навигационный комплекс «Велеса». Роман отвлёк её от вычислений, вновь обратившись с просьбой:
– Ника, создай световую доску. Так будет проще объяснить.
Рядом с имперцем тут же появился широкий светящийся прямоугольник, заслонив собой часть пейзажа ночного мегаполиса.
– Признаться честно, - продолжал Роман, - Я и сам затрудняюсь растолковывать это понятным языком. Конечно, я мог бы начертить множество формул, но... это слишком долго, да и вы такую математику ещё не проходили.
– Я пойму, - запротестовала Ники.
– Объясняй, как можешь, но без тягомотины, - прозвучало уже из уст Алёны.
– Постараюсь, - кивнул Роман, начав чертить пальцем на доске две перпендикулярные пересекающиеся линии.
– Допустим, это твой путь в пространстве-времени, - закончив изображать декартову сетку, молодой человек начертил на ней кривую.
Одна на всех