меня почувствовать себя одновременно оскорбленной и слегка пристыженной; я ненавидела, когда мои сверстники осуждали меня как ханжу, потому что я не пила, не употребляла наркотики и не занималась сексом, и все же я, очевидно, осуждала других, потому что они это делали.
Она продолжила:
— Понимаешь, мне было восемнадцать, и меня соблазнила соседка, которая была любовницей твоей бабушки. Я также узнала, что в районе, где я жила, существовала лесбийская иерархия, и я, как новое пополнение, была нижайшей шлюхой на их тотемном столбе.
— Мама, это уже далеко за пределами даже понятия С-М-И (Слишком много информации), — заметила я.
— Пора тебе понять историю своей семьи и узнать свое место, — ответила она, прежде чем добавить: — А теперь не перебивай меня больше.
— Да, мама, — кивнула я, хотя мне было неприятно слышать и видеть все это испытание.
— В общем, однажды после школы, после того, как я ублажала ее сексуально каждый день в течение двух недель, госпожа Эпплтон подвела меня к моей маме и сказала: — Теперь твоя дочь — твоя любимица.
Я не могла поверить, что мама говорит мне это; я не могла поверить, что это правда; я не могла поверить, что Хлоя лижет мамину вагину.
— Мама улыбнулась, сразу поняв, что меня обратили и обучили. Она сказала, шокировав меня в тот момент: "Я давно ждала этого момента". Через пять минут я лежала на спине и впервые лизала мамину пизду.
Мне стало интересно, что означает слово "обратили", но спрашивать я не стала.
— Как только я попробовал мамину пизду, я пристрастилась к ней, и это стало ежедневным, часто более одного раза в день, занятием. Точно так же, как сейчас для Хлои, не так ли, моя любимица?
— Да, госпожа-мамочка, — кивнула Хлоя, по-прежнему зарывшись лицом между маминых ног.
— И моя сладкая дочка, для тебя тоже почти пришло время впервые попробовать киску… запретную киску, — сказала мама.
— Я не могу, мама, — прошептала я.
— Твоя девственная пизда уже мокрая, милая? — спросила мама.
— Нет, — быстро ответила я, но потом поняла, что солгала, так как почувствовала влагу в трусиках.
— Ты говоришь мне правду, милая? — спросила мама, которая всегда знала, когда я лгу.
Мое лицо пылало красным от стыда за то, что оно было мокрым, и от вины за ложь.
— Да, — прошептала я.
— Так почему же твоя пизда мокрая? — прямо спросила мама.
— Я не знаю, — ответила я, что было правдой.
— Хочешь подменить свою сестру? — спросила мама.
— Нет, — ответила я, хотя внезапно очень смутилась.
Мама продолжила:
— После того, как я "съела" маму, я стала общинной киской. В рамках общинной инициации ожидалось, что я ублажу четырнадцать разных женщин за четырнадцать дней. Поэтому на следующий день я "съела" еще одну соседку, миссис Тартл, и пришла к выводу, что мне нравится "есть" киски.
Мама продолжила свой яркий рассказ о своем лесбийском сексуальном пробуждении:
— На следующий день меня использовала в раздевалке чирлидерша, дочь миссис Тартл, а затем другая чирлидерша, которая застала нас за этим занятием.
Мама спросила Хлою:
— Как ты думаешь, твои подруги по команде болельщиц с удовольствием обучили бы твою сестру тонкому искусству поедания пизды?
Хлоя оглянулась на меня со своим обычным коварным самодовольным выражением лица:
— О, я представляю, как они превратят ее в настоящий талисман, который будет ублажать их киски.
Мама потянула Хлою к себе между ног и продолжила, ее глаза никогда не разрывали контакт с моими:
— Итак, на следующий день я узнала, что такое страпон, дилдо на ремнях, когда моя лучшая подруга в то
Про меня