начал раздуваться и заполнятся чем то горячим, мальчик испугался и хотел было остановить это, но ни руки, ни язык, ни все его тело уже не подчинялось ему – вопреки своему желанию и своим страхам он только ускорил движения и через миг он лопнул, как надутый шарик, нарвавшийся на иглу.
Все содержимое его тела вытекало из него тугими горячими струями. Алик не понимал – это только кровь, или вся его плоть превратилась в жидкую кашицу и толчками выходит из него, оставляя только пустую оболочку. Ему не было страшно и не было жалко себя. Он завороженно упивался этим пугающе-сладким ощущением.
И когда уже он весь превратился в растекшуюся горячую лужицу, эта лужица вдруг вздыбилась упругой волной невероятно острого наслаждения, захлестнувшей все его тело.
Алик лежал, раскинув ноги и непроизвольно поглаживая по волосам мамину голову, по-прежнему лежавшую у него в промежности.
Мир постепенно возвращался к нему, но прежнего Алика уже не было в этом мире. Ему даже не нужно было что-то объяснять, он сам почувствовал, что именно теперь стал по настоящему взрослым.
"Любовь за запреткой" ч 11