хватит, а ты, малыш, мои сисечки теребонькай понежнее. Да не руками, а губами, – уточнила Веруша, придвинувшись к Косте.
Из-за двери донеслись неторопливые шаги в коридоре.
– Веруша, ты дома?
– Дома, мамуль, загляни ко мне на секундочку, – глядя с усмешкой в вытаращенные глаза Костика, откликнулась Верушка, удерживая в кулаке твердеющий член парня.
– Ты чего творишь? – обомлел Костька, запахивая ворот халата на груди Верушки.
Дверь скрипнула и медленно приоткрылась.
– Верка, дурёха, не смешно даже! Отец не видит твоих глупостей. Чего вцепилась в мальчишку, ему же больно, Разве ж можно так парня мучить?...
– А как надо, мам? Может, покажешь? Тебе я доверю моего Костика.
– Собственно, чем вы тут занимаетесь, детки, мастурбацией что ли? Довольно глупое занятие для парня в его возрасте.
– Татьяна Николаевна, – вмешался Костик, приподняв голову с подушки – Веруша шутит или просто меня проверяет.
– Скорее ни то ни другое, – возразила Татьяна Николаевна, с изумлением рассматривая диковину в руке дочери. – Ей необходимы реальные навыки в общении с мужчиной в постели. А к кому ей обратиться за этим, как ни ко мне. И ей на пользу, и мне в удовольствие.
– Костик, успокойся. Мамуля плохому не научит, – подтвердила Верушка, усердно тиская в руке возбужденный член парня.
– Верочка, кулачок расслабь. Ему должно быть приятно, а ты у него на члене уздечку дёргаешь до боли. Сними руку, я покажу. – Татьяна Николаевна села рядом с Костей на постель и кончиками пальцев пробежала по набухшему рельефными венами стволу.
– Сначала не спеша обнажай головку, другой рукой слегка сжимай в горсти яички. Мужчин это очень возбуждает, дочка. Можно кончиком язычка провести по головке...
– Постой, мамуль, это уже лишнее. Ты ему раз другой лизнёшь, а он и насадит голову на свою дубинку. Этим мы не станем заниматься. Я ему минет не обещала, его надо заслужить.
– Тогда продолжай с постепенным ускорением, пока он не кончит, – разочаровано продолжила Татьяна Николаевна, – салфетку приготовь, иначе это всё уйдёт на тебя. Только таким манером его финал затянется, а время к ужину. И ты, Костик, не лежи бревном, грудь и бёдра партнёрши в твоём распоряжении. Пользуйся возможностью быстрее довести себя до разрядки. Твоя девочка замечательно сложена, это любой мужчина оценит, а умение со временем придёт.
– Мамуль, Костику надо срочно ехать к матери, – предупредила дочь, – у них бабушка умерла. Я хотела помочь моему малышу расслабиться. Но у меня быстро не получится, только измучаю паршивца. Мамочка, ты ему, в порядке исключения, сделай минет и пусть идёт, горемыка.
– О чём разговор, Веруш. Останешься смотреть?
– Пожалуй, я откажусь. Вы уж без меня, а то распалюсь зазря... Пойду на кухню. Только, пожалуйста, недолго. Слышь, вшивый и красивый, мамку мне не уделай своим дрыном. Она нам ещё пригодится. Глядишь, с детьми когда подсобит.
Татьяна Николаевна переоделась в своей комнате в домашний халат и вернулась к Косте. Заняв прежнее место рядом с ним, она расстегнула халат и выпустила наружу тяжёлую грудь, качнувшуюся тяжёлыми шарами.
– Однако, какой отменный разбойник нам с Верушей достался. Валентину свою не радуешь по-родственному? С близкими, Костя, следует делиться. Кончай в меня, я с удовольствием приму из такого красавца. Береги и не обижай мою девочку. Если бы Сёмкин темперамент не был таким активным, то разрешила бы ему радоваться разнообразию с моей Верунькой, а то всё самой приходится ублажать сынка. Ну, теперь с ним твоя сестра пусть нянчится, а нам с дочкой и тебя достаточно будет. Да что за счёты между своими, Костик... С
Разноцветная бабочка (Часть II)