немного пугающим, но ты добр и заботлив, поэтому я думаю, что он предпочел бы тебя, чем то, что я пойду искать кого-то другого. — говорит она хриплым от эмоций голосом, отчего у нас обоих на глазах выступают слезы, хотя сейчас мы оба улыбаемся.
— Я надеюсь на это, — тихо говорю я, когда начинаю проводить рукой по ее волосам, наслаждаясь ощущением ее головы у меня на коленях, мой член снова дергается, как будто он не знает об эмоциональном смятении в моей голове и заботится только о голове красивой женщины, прижатой к нему.
— Готовишься ко второму раунду? — спрашивает она хриплым голосом и с улыбкой на лице, которая умудряется быть одновременно грязной и милой, она также немного поворачивает голову и нежно трется щекой о мой член.
— Он этого не понимает, но я устал. — говорю я, указывая на свой член, который снова частично затвердел. — Ты можешь остаться на ночь, а утром мы сможем продолжить с того места, на котором остановились, утром нет ничего лучше секса.
— А как насчет того, чтобы проснуться от того, что кто-то сосет твой член? — спрашивает она с грязной, но все еще милой улыбкой на лице.
— Ты была права раньше, я недооценил тебя, — говорю я ей с тихим смешком, который, кажется, заставляет ее дрожать.
— Я же тебе говорила, — поддразнивает она со смехом, который превращается в вздох, когда я мягко, но твердо перемещаю ее так, чтобы она оседлала мои колени, крепко прижавшись своим телом к моему, прежде чем поцеловать ее, я не целую ее с такой же почти насильственной интенсивностью, как раньше, вместо этого я целую ее мягко и нежно.
— У тебя есть проблема в том, что я больше не буду тебя недооценивать. — предупреждаю я, прежде чем поцеловать в шею.
— Если это приведет к большему количеству такого секса, то я не думаю, что это проблема. — говорит она с широкой улыбкой на лице, заставляя меня смеяться, прежде чем я снова целую ее, в то время как мысли обо всех вещах, которые я собираюсь сделать с ней в будущем, проносятся у меня в голове.
Мир будущего.