бы Милана не дочерью Светланы Николаевны — всё было бы проще, но, к сожалению, она её дочь, так думал Вовка, крутя баранку автомобиля. Вовка не знал, и не предполагал, как все обернётся, он уже поставил крест на работе и на всем остальном, зная какие связи у начальницы и чем это может обернуться для него. Он уже понял, что Светлана Николаевна в курсе того что Милана беременна, и ждал реакции, а реакции пока не было никакой. Это его удручало ещё больше, он задавал себе два постоянных и вечных вопроса — кто виноват и что, делать?
Пока ехали по пробкам, Светлана Николаевна вспомнила свою молодость. Ведь у неё была почти схожая ситуация как и у дочери, видно всё возвращается, прямо как бумеранг, и ей придётся пройти тот путь, через который прошла её мама Лидия Алексеевна. Светлана Николаевна начала вспоминать тысяча девятьсот восемьдесят первый год:
Однажды вечером мама Светы Лидия Алексеевна привела домой довольно солидного мужчину и решила его, наконец, познакомить с дочерью, представив его как своего будущего супруга.
—Света, это мой хороший знакомый Николай Семёнович, мы хотим в скором времени пожениться. Можешь его называть дядей Колей, если тебе так будет удобно.
— Хорошо мама, дядя Коля, так дядя Коля — ответила Света и пошла в свою комнату.
Свете было до фонаря на самом деле, её интересовала учёба, книги, музыка, но она, конечно, поддержала маму в её выборе.
Теперь Лидия Алексеевна уже не стеснялась дочери, её не нужно было скрываться со своим избранником, приводить его в квартиру, когда Света уйдёт погулять к подругам.
Ночью за стенкой происходили такие вещи, что Свете стало даже очень интересно, и она часто подглядывала в замочную скважину, чем там занимается её мама с дядей Колей. Хоть Свете и было восемнадцать лет, но о половой жизни она ещё ничего не знала, впрочем, как и многие её подруги с института. Тогда было другое время и другие нравы, не то, что сейчас. Кое- что Света слышала от некоторых распутных подруг, которые хвастались друг перед другом, но это было не то!
Однажды вечером, Света тихонечко подошла на цыпочках к двери, присела на корточки и начала наблюдать в замочную скважину, а там происходило довольно интересная сцена любви:
Лидия Алексеевна стояла на коленях, полностью голая широко раскрыв рот, Николай Семёнович шлёпал её огромным членом по щекам, периодически всовывая ей член в рот. Самое интересное было то, что они любили заниматься этим, при включённом свете и Светочке было всё прекрасно видно.
Она видела, как её мама начала брать член в рот, под восторженный стон Николая Семёновича, который нежно приговаривал:
—Давай Ледок, бери в роток! Умница моя!
— Какой ты шалун Коля — отвечала Лидия Алексеевна, заглатывая член полностью в свой рот.
Света смотрела на маму и поражалась— как можно было проглотить такой огромный прибор, это же просто не реально—казалось Свете, при этом она ощущала какое-то непонятное возбуждения и нытьё внизу живота. Потом она видела, как этот большой монстр проникал в маму, точнее в её пещеру, а она охала и ахала от удовольствия. Насмотревшись вдоволь на маму, Света убегала в свою комнату, ложилась на кровать и гладила махру на лобке, затем водила пальчиком по половым губам, и ей почему-то становилось легче.
Прошло три месяца, всё шло как обычно для Светланы, но однажды её мама поехала в командировку, оставив дочь на попечение Николая Семёновича. Первые три дня всё было нормально, а вот ближе к выходным он начал проявлять не дюжий интерес к Светлане.
Придя домой чуть под мухой, Николай Семёнович был сильно
Незаживающие раны