И, конечно же, начал свои ночные рассуждения. Во-первых, о том, какой прибацанный у него тренер. Затем о спортзале и беге. Ну, и потом, ясное дело, о задницах:
— У меня была в последнее время такая классная деваха. Волосы, бёдра, сиськи. Всё есть, и на месте. Я люблю такие большие, спелые сиськи. Они охрененные. В мире нет ничего лучше хороших сисек. Девушки – это прекрасно, да?
— Естественно, - сказал я ему в тон и подумал: «отвали».
— Только вспомню – и у меня сразу встаёт...
— Да, - ответил я сдавленным голосом и отвернулся к стене. Это были обычные темы моего брата, так что я к этому уже привык.
— Я никогда не смогу понять геев, - продолжал Данил. - Ведь девушки прекрасны.
— Ага...
— Как можно трахать мужика? Хотя... Может, если б я был вусмерть пьяный, а у него была бы пышная жопа... Может, тогда я и трахнулся бы с ним...
В то же мгновение моё желание спать испарилось. Это был совершенно новый поворот в ночных рассуждениях моего брата и, должен признать, вполне неожиданный. Я решил углубить эту тему:
— Ты же ненавидишь педиков...
— Ну, а как их можно понять? Хотя, с другой стороны, бля, если он такой мягкий, пышный сзади, как тёлка, тогда...
Я смотрел на брата, не веря своим ушам и глазам. За окном почти рассвело, поэтому в нашей комнате было довольно светло. Он лежал раскрытый, в одних трусах, а рука его лежала на члене. Он заметил, что я внимательно смотрю на него, и сказал:
— Наверное, я не засну, пока не кончу...
— Тогда иди в ванную и дай мне спать, - сказал я ему слегка раздражённо.
— Чего ты так дёргаешься? Это же нормальное дело. Был бы ты хорошим братом, помог бы мне...
— Отвали! - инстинктивно сказал я, потому что был уверен, что это один из его очередных приколов.
— Что, помочь брату считаешь западло, да?
— Спи!
— Вынь руку из-под одеяла...
— Что?
— Ну, вынь...
Мне стало интересно, что же ему стукнуло в голову, поэтому я протянул ему руку. А так как наши постели занимали почти все пространство тесной комнаты, когда мы раскладывали их для сна, так что моя рука оказалась на его стороне.
Он схватил её и положил на свои трусы, под которыми я почувствовал внушительную твёрдость.
Вся ситуация вдруг показалась мне нереальной. Меня мучили сомнения, и на какое-то мгновение моя рука дёрнулась, как будто хотела удрать с члена брата. Я действительно не знал, что делать, и не кончится ли всё это какой-нибудь непредвиденной семейной катастрофой.
Тогда брат снова прижал мою руку к своим трусам и сказал:
— Пожалуйста, малой. Мне надо кончить, а дрочить у меня нет сил. Мы ж не педики. Братская помощь, ничего больше!
— Ладно, говнюк, - подумал я и придвинулся к нему поближе.
Брат стянул свои трусики от «Calvin Klein». И вот впервые в жизни при слабом, но достаточном, чтобы ясно рассмотреть все детали, свете наступающего утра я увидел член своего старшего брата...
Конечно же, он был большим. Даже больше, чем я ожидал. Когда я коснулся его рукой, то почувствовал, насколько он массивный и горячий.
Я начал его с опаской легонько дрочить тремя пальцами. Мне было страшновато, потому что всё ещё ожидал очередной подставы. А вдруг брат сейчас вскочит с кровати и закричит: «Так вот где педик – у меня под самым носом!».
Но, к счастью, ничего подобного он не сделал.
— Возьми его крепче, - сказал он, - и делай так, как делаешь себе...
Жестокие игры (часть VI)