Ее костюм совершенно не прикрывал ни ее влагалища, ни полные груди, увенчанные розовыми сосками. На ее шее был массивный металлический ошейник. Чувство страшного унижения отражалось на ее лице. «Как обычно!» - распорядился Тарл и она побежала к соседнему столику, взяв заказ у четверых мужчин. Но перед этим ей пришлось забраться на их столик и кое-что показать им. «Я думаю, ты исполнишь наш приказ, а Жизель?» - спросил один из посетителей. «Да, сэр!» - ответила она. «Сэр?» - продолжил посетитель – «Ты ни разу не называла меня так, когда я работал в магазине твоего папаши! Думаю, что тебя тут научили кое-чему получше чем носить напитки по столикам! Сколько тебе дали за кражу из магазина? Год! И не надо говорить, что ты не крала, ты ведь признала свою вину! А ну давай!» - он показал на искусственный фалос в крышке стола.
«Залазь, шлюха!» - приказал он ей. Она придвинулась по столу к этому фаллосу и начала просовывать его пластмассовое тело через свои половые губы. Она начала приседать, удерживаясь на цыпочках, пока ее промежность не покрылась влагой. Посетители захохотали и приказали немедленно принести им напитки. В оцепенении она бросилась выполнять их приказания, не забывая благодарить: «Спасибо, сэр, что Вы дали поработать моему влагалищу! Я сейчас подам вам напитки!» С этими словами она бросилась выполнять заказ. Тем временем один из посетителей распорядился принести плетки, кандалы и цепи, а также зарезервировать для них одну из комнат. «Мы развлечемся с тобой несколько часов!» - крикнул он ей. «Конечно, сэр!». Она лишь уточнила: «Это обычная комната или желаете камеру в подвале?» «Подвал, конечно!» - откликнулся клиент. «Посмотрим, как можно поработать с зажимами!» - с этими словами они покинули зал.
Нам принесли заказ, это было мерло. «Кое-что мы изменили со времени Вашего последнего визита!» - продолжил Тарл – «Кроме обычных осужденных на незначительные сроки, у нас есть камеры для осужденных из тюремной системы. А также для тех случаев, когда наши клиенты захотят экстрима по тюремным образцам. Тех осужденных из тюрем, что мы используем здесь, мы используем с определенными ограничениями!»
Мы допили вино и приготовились продолжить путь. На соседнем столе официантка Жизель уже принесла напитки, плетки и кандалы. Клиенты приказали ей одеть кандалы, она заплакала: «Господа, я понимаю, что это не по правилам, но не уводите меня в подвальные камеры! Если вы сделаете это, я буду рабыней без ограничений весь оставшийся срок – а это восемь месяцев!» Дружный хохот был ей ответом. Вся компания встала и пошла в камеры, волоча за собой несчастную. Как я заметил, соски у Жизели отвердели.
Тарл проводил меня в коридор за баром, от центра вели различные коридоры. Он указал мне на смотровую панель: «Взгляните! Это молочная комната! Пользуется успехом у наших посетителей!» Я увидел небольшую комнату где-то два на два метра. В гладких стенах с двух сторон имелись небольшие отверстие, из каждого отверстия торчал эрегированный член. В комнате была полностью голая крупная женщина, один из членов она обслуживала своим ртом, она упиралась руками в стены. Она работала со всей отдачей, ее голова ерзала взад-вперед, она успевала руками возбуждать и второй член. Стены и пол комнаты были покрыты влагой и спермой, такая же смесь была в изобилии у нее на голове и на всем теле, как раз член, который она возбуждала правой рукой, изверг новую порцию спермы. Ее рот работал еще прилежнее, смесь спермы, пота и слюны густо покрывала лицо женщины. «У нас еще две такие комнаты, в основном
Нью-Йоркское метро