был кнут для наказаний. Я жестом приказал ей, и она поняла, что ей надо делать. Ее язык начал медленно работать с моим членом, ее сосательные движения были ритмичными и достаточно глубокими, ее рот достигал самого корня моего полового органа. Она продолжила, она стала вылизывать мою мошонку и пространство в промежности. Затем вернулась к члену, продолжив те же движения. Она жестко работала, через десять минут я выпустил струю спермы прямо ей в глотку. Она хорошо отработала до конца, проглотив все и вылизав остатки с моего тела.
Мы прибыли в тюрьму вечером и в сопровождении двух конвоиров повели ее в камеру. Когда мы вошли в главный коридор, нам попался охранник, что вел новую заключенную на цепи за ее ошейник. Я понял, что она только что оказалась в тюрьме – у нее было бледное незагорелое тело. На вид она была студентка в возрасте около 20 лет, достаточно атлетичная, худощавая с маленькими грудями и короткой прической. Она пыталась сопротивляться. Но судя по тому, что ее вели в камеры наказаний, скоро ни о каком сопротивлении она помышлять не будет. Я посмотрел на ее лицо, щеки были покрыты румянцем, она явно стеснялась идти обнаженной. Один из охранников сказал мне, указывая на новую: «Доставляет нам много хлопот?» Я удивился: «Почему?»
— Тут их доставили трех. Сучек из университета, что хранили подпольную кассу повстанцев. Две другие отправлены в армейскую тюрьму. А эту отослали сюда. Приказ – содержать в изоляции. Возможно, что ее попытаются освободить!
Всхлипывания новой узницы стали затихать в конце коридора. Судя по тому, куда ее повели, ей предстоят пытки с применением электрошока. Мы же оказались у камеры Кайлы. Узница была сразу прикована к металлической кровати. Охранники покинули камеру. Запах мочи, пота и спермы от ее тела сразу наполнил воздух камеры. Мыть ее мы и не собирались. «Ты неплохо справилась, сучка! Они вызвали тебя на бис и через несколько недель я отвезу тебя туда снова!» - обрадовал я узницу. Странно, но она улыбнулась. Я опустил руку на ее лобок и опустив ее ниже среди влаги и плоти нащупал клитор. Несколько минут тяжелые волны сотрясали ее тело, я неплохо простимулировал сучку. Когда я проходил по коридору, слышался звук от хлестких ударов по женскому телу. Новая узница стала прилежно изучать правила поведения.
На следующий день Кайле предстоял 12-часовой рабочий день в полях.»
Я окончил чтение рапорта охранника. Похоже, что его составили примерно через полгода со времени заключения Кайлы, месяца через три после попытки побега.
Я отложил дело и попытался заснуть. Завтра меня ожидали важные дела.
Глава 8. Злоключения Паулины
Утром, когда я проснулся, задул свежий океанский бриз. Оставалось еще достаточно времени. Забрать меня должны были через час. Я включил закодированный канал телевизора и увидел на экране комнату для допросов под зданием Центрального суда. Узница находилась в своей камере. Надпись внизу экрана гласила: «Камера № 432, Паулина Гомес, 45 лет». Скорее всего, день суда перенесли. Она выдержала еще несколько дней допросов. Паулина была обнаженной, ее руки были подняты над головой, а запястья закованы в колодки. Стоящий перед ней здоровый охранник расстегивал свои штаны. Его мускулистая рука хлопнула по лицу Паулины, она все поняла и тут же открыла рот, охранник, не мешкая, всунул свой член в ее глотку. Он вводил его с силой, одновременно продолжая наносить удары. Узница приглушенно стонала при каждом ударе. Затем он обошел ее сзади, сдавливая руками ее ягодицы и выбритую промежность. Медленно он начал вводить свой возбужденный член в ее влагалище, поднимая все ее тело
Панель. Машка. Начало (ч.2) (Продолжение)