мама принялась ласкать мою попку. Она, то вылизывала языком, то гладила пальцами, то вводила внутрь один или два. Волны блаженства разливались по всему телу, заставляя меня дрожать от наслаждения и жадно заглатывать дилдо, сжимая его губами. Едва подступало желание излиться, как мама ослабляла напор и желание начинало рассеиваться. Мышцы челюсти и языка болели от напряжения, щеки онемели, всё чаще я царапал мягкий пластик зубами, а мама продолжала держать меня в напряжении. Буквально за секунду, когда я был готов прекратить эту идиотскую пытку, она воткнула в меня сразу два пальца и резко хлестнула ладонью по заднице. Долгожданная волна жара прокатилась по телу, и я со стоном рухнул на бок.
— Теперь, настала моя очередь командовать, - я едва шевелил челюстью. Мама склонила голову, выражая полную готовность. – Накинула халат, зашла в вашу спальню, и пожелала спокойной ночи.
Я не мог много говорить, потому проговорил фразы, в виде приказа.
— Если ты собираешься помирить нас, это не получится, - улыбка исчезла с маминого лица, но она послушно вышла из комнаты.
— Если ты собираешься помирить нас, это не получится, - улыбка исчезла с маминого лица, но она послушно вышла из комнаты.
— Он не делал ничего, о чём ты не просила, - пробормотал я в спину.
Пришлось снова сходить в ванную, умыть лицо и стереть смазку между ягодиц. Когда я вернулся, мама уже лежала в кровати, голая.
— Он перешёл на новую работу, - хмуро заявила она. – С понедельника, до пятницы уезжает. Будет появляться, только на выходные.
— Замечательно! Представляешь, что мама с дочкой начнут вытворять! – похотливо улыбнулся я.
— Предвкушаю! Мне понравилось, как мы вчера легли, - мама приподняла колено, открывая свои пунцовые мясистые губки. – Не откажешься?
— Вряд ли получится, - я выключил свет и лёг рядом. – Он, слишком устал.
— Не переживай. Там такая дыра, что я могу засунуть его вместе с яйцами, - её ловкие пальцы без труда затолкали вялый член в просторное, горячее отверстие.
— Ого! Ты такая мокрая! Тебе так понравились наши упражнения?
— Конечно же! Мне всегда, такое нравилось…
Я уже начинал засыпать, когда мозг ухватился за последнюю фразу. Всегда… такое… Она так спокойно выпорола меня… Так уверенно отвешивала пощёчины…
— Тебе, приходилось наказывать других? – шёпотом спросил я.
— Много раз. И гораздо сильнее, чем тебя. Тот кнут, он больше для устрашения. Слишком толстый и короткий, чтобы причинить настоящую боль.
— Подожди, но я думал, это тебя…
— В основном, конечно, меня. Я уже говорила, многим нравятся странные вещи. Наверное, есть особая прелесть, когда тебя начинает пороть затраханная, избитая шлюха… залитая спермой и мочой… а потом, засаживает тебе в задницу огромный страпон… Наши вечеринки, иногда заканчивались именно так.
— Ого! Ого… - больше, я ничего не смог выговорить.
— Ты думала, что надела мои трусики, трахнулась с мамой, взяла в рот и достигла вершин разврата и порока?
— Ну-у-у… Не совсем так… Как-то так, да…
Мама рассмеялась, ещё сильнее прижалась ко мне.
— Милая, наивная глупышка. Мир секса огромный, причудливый, и приятный… В нём, всё постоянно меняется, принимая самые причудливые формы. Дважды два, никогда не бывает четыре, и очень редко вообще оказывается цифрой. Все подсознательные страхи, желания, стремления… Всё, выворачивается наружу. Это, очень откровенный и честный мир, именно поэтому обычные люди его боятся и ненавидят. Помнишь, ты говорила, что я должна гордиться, тем что делала?
— Да, когда заставила тебя раздеться, - за эту эмоциональную выходку, мне до сих пор было стыдно.
— Я много думала над этими словами. Я и раньше иногда размышляла над
Порнографический пассаж