английском в основном к своей дочери. Адрия, оправившись от первого испуга, стала что-то агрессивно отвечать. Они ругались так быстро, что я ни слова не понимал, стоял со спущенными джинсами и смотрел на ругающихся. Жанна грубо схватила дочь за руку, подняла её и вывела из комнаты.
— «Да, нехорошо получилось!» – произнес отец, натягивая брюки на вздыбленный член. Я тоже застегнул джинсы, член бугром выдавался под молнией.
— «А что они говорили?» – спросил я у отца.
— «Если коротко... Жанна обозвала Арию шлюхой и сказала, что всё расскажет отцу. А дочь в ответ тоже её назвала шлюхой и пообещала рассказать своему отцу, что она видела, как я её трахал. Да, нехорошо получилось! Подождём, пока немного успокоятся, а потом попробуем попросить извинения».
Мы вошли в гостиную, из спальни отца слышался гул взвинченной перепалки. Но вскоре повышенный тон затих, за дверью слышалась уже мирная беседа.
— «Ну, пойдём извиняться! Надеюсь, что Жанна нас не прибьёт!» – сказал отец и, постучавшись, открыл дверь.
Я, сжавшись, зашёл в комнату вслед за ним. Жанна и Ария сидели на кровати и хитровато смотрели на нас.
— «Жанна, простите нас, кобелей! Это получилось как-то неожиданно...» – стал извиняться отец.
— «Майкл, не надо извиняться. Ария сама вас совратила. Я сейчас много узнала про неё. Поняла, что она уже взрослая. Видно мой пример её сделал такой шлюшкой. Я сама не подарок! Мы тут обсудили сложившуюся ситуацию, и раз такое дело, мы не против продолжить вечер вчетвером, в более тесной компании. Надеюсь, вы тоже не против?» – завершив изъясняться, Жанна встала с кровати и обняла отца.
Их губы слились в долгий поцелуй. Я, ошарашенно, смотрел на целующихся и на Адрию, которая также встала с кровати и, плутовски смотря мне в глаза, приблизилась ко мне. Её губы прижалась к моим губам в страстном поцелуе. А её язык стал протискиваться сквозь мои губы в рот. Я откликнулся на её поцелуй и стал ласкать её, ощупывая руками. Под тканью жакета не было лифчика, её твёрдые и сексуальные соски волновали мои ладошки.
Я смотрел на целующихся отца и Жанну, ощущая ласкающий рот девушки, вспоминая, как этот ротик делал минет. В голове не задерживалась ни одна мысль, тело потрясывало от напряжения. Отец нагнулся и, потянув чёрное платье за подол вверх, помог снять его через голову. Жанна только в красных стрингах и лифчике, в чёрных колготках, была воплощением сексуальности. Тело как у танцовщицы варьете, подтянутое, гладкое, загорелое. Большая грудь растягивала красный ажурный лифчик.
Я, следуя отцовским действиям, стал стараться стянуть с Адрии её белый жакет. Девушка отстранилась и мгновенно сама скинула с себя жакет, блузку и юбку. Я не успел налюбоваться её не большими, но прелестными грудками с острыми махонькими бусинками сосков, как моё внимание переместилось на её гладко выбритый лобок, избавленный от белых трусиков вместе с колготками. Босая, она была пониже меня, что добавляло мне мужской уверенности.
Я глянул на соседей, Жанна уже тоже абсолютно нагая, а отец стаскивал с себя свою одежду. Я последовал за ним, расстегнул джинсы, стянул их вниз вместе с трусами. Подёргав ногами, я отбросил джинсы вместе с туфлями. Взмахнув руками, и джемпер тоже упал рядом с джинсами. Четверо в комнате были совершенно голыми. Отец снова заключил в свои объятья прелестное тело Жанны. Я также впился губами в пухлые губки Адрии, ощущая, как её твёрдые соски щекочут мою грудь, а мой вздёрнутый член упирается в её гладкий животик.
Меня всего ломило от ожидания сексуального праздника. Девушка стала медленно водить рукой по моему вздёрнутому
Учитель или будущий муж?