сделаю все что потребуется, чтобы она это получила. Я поцеловал ее и сразу понял, что не должен был этого делать. Целомудренный прощальный поцелуй начал превращаться в нечто большее, и я почти повалил ее на диван, чтобы извлечь из ее тела больше удовольствия, прежде чем снова взял себя в руки. Я сделал глубокий вдох и выдохнул.
– Я люблю тебя, Эм. Увидимся вечером в спортзале?
Она кивнула, понимая, что я должен уйти сейчас же, пока она не вздрогнула.
Первый день прошел неплохо. Я пошел на работу, а после отправился в спортзал, где мы с Эмили тренировались вместе, смеялись, разговаривали, все, как обычно. Мы выпили кофе, а после поужинали. Но потом... потом пришло время расставаться. Это было очень тяжело для меня, и еще тяжелее для нее. Она сама это выбрала, но я думаю, что до нее начало доходить, насколько это будет труднее, чем она ожидала. Я пришел домой, посмотрел фильм и позвонил ей, когда ложился.
Ее голос звучал так одиноко.
– Не знаю, смогу ли это сделать, Майк. Я так хочу этого, но не знаю, смогу ли...
– Эм, если тебе и впрямь нужно остановиться, мы это можем. Если все станет совсем невыносимо, позвони мне, скажи свое безопасное слово, и я буду за дверью раньше, чем ты успеешь повесить трубку. Но я знаю, что мы можем это сделать. Я хочу это сделать. Ради тебя. Ради нас обоих.
Я притворялся, и знал это. Думаю, она тоже. Часть меня хотела, чтобы она все отменила, но я не хотел быть причиной этого. Я действительно хотел дать ей это, если она этого хочет.
Я услышал глубокий вздох.
– Хорошо, Майк. Хорошо. Спасибо. Мы сможем... Я так скучаю по твоему присутствию. Можем мы немного поговорить?
Мы проболтали целый час. Я слышал в ее голосе намеки на то, что она скоро заснет, и перевел разговор на то, что не требовало ее внимания. Простые мелочи, сказанные между двумя любящими друг друга людьми, слова, чтобы услышать голос. Я услышал, как она сбилась на середине фразы, и понял, что моя любовь, наконец-то, вот-вот отдохнет. Я положил трубку, сказав:
– Спокойной ночи, моя прекрасная невеста. Я люблю тебя.
В моей спальне было так тихо. Носик-пуговка Эм был очарователен, но это также означало, что она храпит всю ночь напролет. Не настолько, чтобы мешать мне спать; это был скорее белый шум, который был мне нужен, чтобы легко засыпать. Я некоторое время ерзал и ворочался, а потом, наконец, задремал.
***
Наши недели проходили примерно так же. Я старался, чтобы у нас было как можно больше свиданий, насколько позволяли наши графики и приближающаяся свадьба: кино, ужин, танцы, музеи, все те «знакомства», которые мы пропускали или проводили только как друзья, до того как съехались. Каждый раз машину вел я; воля Эмили ослабевала, и я знал, что если это она отвезет меня домой, то поднимется, и на этом все закончится. Я также научился не провожать ее до квартиры, по той же причине; в тот раз, когда я это сделал, она наполовину сняла с меня рубашку, когда мы еще были у ее двери.
Мастурбировал гораздо реже, чем думал. Раньше, когда мы еще не были вместе, это было для меня как спасательный круг, способ сохранить рассудок без человеческого контакта, в котором я так нуждался. Без контакта с Эмили, которого я отчаянно хотел, но не признавался ей в этом. Но теперь, когда мы были вместе, то, что было плохой заменой, стало почти пыткой; вместо того чтобы спасать меня от одиночества, это только усугубляло ситуацию. Когда за
Школьные дневники