Что ж, получив подобный приказ, я не могла отказаться. Я взяла его член в рот и обнаружила, что не возражаю против вкуса так сильно, как думала. Я вылизала его дочиста и на этом не остановилась.
— Ты думаешь, я так молод? — спросил он, но его член не соглашался с этим чувством, поднимаясь у меня во рту. Он отстранился и встал, затем помог подняться мне. Он стянул мое платье через голову, затем взял меня за руку и потащил наверх, в нашу спальню, где доказал, что он более выносливый, чем сам думал.
В воскресенье Бекки и остальные вернулись в город. Я должна была дать им отдохнуть, но я была слишком сбита с толку, а Бекки была единственным человеком, которого я знала, который мог бы понять, через что я проходила, за исключением, может быть, ее хозяина, который, казалось, прочитал меня полностью, но я определенно не собиралась говорить об этом с ним.
Я позвонила Бекки рано утром в воскресенье и спросила:
— Ка прошел твой медовый месяц?
— Это был самый лучшее время в жизни, мама, самое лучшее! — взволнованно ответила она.
— Это хорошо, милая, — нервно сказала я. — Слушай, ты можешь встретиться со мной сегодня вечером?
— Мы только что вернулись, и я немного вымотана. Это важно? — спросила она.
— Ммм, я не уверена, — сказала я, еще более нервничая.
— Я чувствую, что что-то не так, мам. Это из-за меня?
— Нет, вовсе нет, — сказала я. — У меня просто появилось несколько вопросов...
— Не хочешь прийти к нам на ужин?
— Не могли бы мы куда-нибудь сходить, только ты и я?
— Хорошо, мам, — сказала она. — Позвольте мне получить разрешение у Хозяина.
Она попросила меня подождать и вскоре вернулась, сообщив мне, что ее хозяин разрешил ей поужинать со мной. Мы назначили время, и я попрощался.
Я подошла к Джейку и сказала:
— Эм, Джейк, я хотела сказать тебе, что я ухожу на вечер.
— Куда? — спросил он разочарованно.
— Бекки вернулась, и я собираюсь встретиться с ней за ужином, чтобы поговорить с ней, — сказала я ему.
— Как только она вернулась, — заметил он. — Ты, должно быть, действительно взволнована из-за этого. Может быть, нам следует просто прекратить все, что мы делаем.
Он казался очень обеспокоенным, но я сказал ему:
— В том-то и дело, что я не думаю, что хочу останавливаться, я просто не знаю, что происходит. Мне нужно поговорить с Бекки. Может быть, она сможет помочь.
— Хорошо, дорогая, — сказал он. — Поговори с ней, потом возвращайся, и мы обсудим все вместе.
Я встретила Бекки в ресторане. Она выглядела загорелой и счастливой. Мы поприветствовали друг друга и заказали еду, затем она спросила:
— Как дела, мам?
Я не знала, что мне сказать. Как сказать своей дочери, что ты такая же покорная, как и она? Что сказать?
— Эм, помнишь, как я сказала, что не могу понять, почему ты делаешь то, что делаешь? — спросила я.
— Угу, — ответила она.
— Я думаю, что теперь я понимаю тебя лучше, — сказала я.
— Почему это? — спросила она.
— Я думаю, что я становлюсь такой же, как ты! — сказала я, а потом разрыдалась.
Она подвинула свой стул рядом со мной и держала меня, пока я не успокоился.
— Расскажи мне, — сказала она рассудительным тоном.
— Это твоя вина, — начала я. — Помнишь, как ты позвонила мне после того, как мы все поужинали?
— Вы с папой сделали это? — спросила она с улыбкой.
Светочка (о моей жене)