—Нет, — ответил я. — Я бы хотел, чтобы ты не двигалась.
Мне было ясно, что на нее сильно повлияло ощущение моего члена при открытии ее киски, особенно после того, как она только что кончила.
—Сэр, у меня проблема, — сказала она, задыхаясь. — Я не думаю, что смогу лежать спокойно. Сэр, я должна двигаться.
—Но я говорю тебе не двигаться, — сказал я ей. —Я говорю тебе оставаться на месте. Если ты не сможешь оставаться на месте, ты будешь наказана.
Она оставалась в основном неподвижной еще около тридцати секунд, просто слегка подергивая бедрами. Затем она закричала:
—Я ничего не могу с этим поделать, сэр! Накажите меня! Отшлепайте меня! Выпорите меня! Простите!
И она прижалась своей промежностью к моей, погружая меня в себя. Она начала жестко трахаться со мной, кончая с первого момента и просто не останавливаясь. Она продолжала кричать:
—Я заслуживаю наказания! Я плохая девочка! Я ваша непослушная маленькая девочка. Мне очень жаль, сэр!
Ну, я не совсем Супермен, и я не думаю, что кто-то смог бы воспользоваться большим стимулом, который давала Бекки. Между криками страсти, мольбами о наказании, ее влагалищем, обхватывающим мой член, а также сжимающим его, как тиски, я кончил за очень короткое время. Когда я кончил, она закричала:
—О, сэр! Я заставил вас кончить. Я чувствую, как вы кончаете. Пожалуйста, кончите для меня! —она кончила еще раз.
Даже после того, как я кончил и рухнул на ее тело, Бекки продолжала двигать бедрами, испытывая небольшие оргазмы, пока это не стало больно для моего чувствительного члена, и мне пришлось выйти.
—Неееет! — Бекки всхлипнула.
Я лежал сверху на Бекки, и ее руки были вокруг моей шеи, крепко сжимая меня. Я почувствовал влагу на своей шее и спросил:
—Ты плачешь?
—Да, сэр, — сказала Бекки. — Мне жаль, но это так сильно ощущается. Я все еще кончаю. Я ничего не могу с этим поделать, вы сводите меня с ума.
Я начал двигать рукой вниз, чтобы помочь ей кончить еще немного, когда она закричала:
—Нет, сэр! Больше не надо. Я умру, если кончу еще хоть раз!
Поэтому я просто лежал на ней сверху, пока ее подергивания в конце концов не прекратились. Затем она оттолкнула меня от себя и перекатилась на меня сверху. Она посмотрела мне в глаза и сказала:
—Я говорила вам, как хорошо мне с вами? Я не думаю, что я когда-либо кончал так сильно за всю свою жизнь!
—На самом деле я мало что сделал. Ты сделала большую часть работы.
—Я не знаю, что вы сделали, сэр. Я не знаю, было ли это из-за потрясающего способа, которым вы лизали мне, или из-за того, что вы просто были во мне, не трахаясь, или из-за того, как вы контролировали меня, но я ничего не могла с этим поделать. Я знаю, что должна быть наказана за неповиновение вам, но каким бы ни было наказание, сэр, оно того стоило! Какой способ начать день!
Затем она сильно поцеловала меня.
—Могу я прибраться и пойти приготовить вам завтрак, сэр? — спросила Бекки.
— Не совсем. Очевидно, что этим утром ты была неуправляема, поэтому я думаю, что хотел бы немного больше контролировать тебя. Оставайся здесь.
Я скатил ее с себя и подошел к нашей коробке с игрушками. Я достал собачий ошейник, поводок и наручники. Я надел наручники на ее запястья и скрепил их перед ней. Затем я прикрепил ошейник и поводок. Я поцеловал ее и сказал:
—Теперь ты можешь пойти прибраться и приготовить мне завтрак.
—Как я могу сделать это скованной? — спросила она.
Измена, как фетиш! (выходной)