складки едва касались моей головки. Когда я развязал ей груди, Анна закричала от ужасной боли из-за вернувшегося кровообращения. В этот момент я вонзил свой член в нее, от чего она закричала еще сильнее и забилась в оргазме. Я схватил ее за сиськи и сильно сжал их, буквально терзая их пока мой член проникал в нее полностью. Я размашисто трахал ее.
— Кончай, Анна, — велел я. Почувствовал членом спазмы, я тут же разрядился внутрь ее горячей пизды.
После этого я развязал сучку и опустил на колени головой на пол, прикрепив наручники на запястьях к манжетам на лодыжках. Между ее ног я вставил распорку и теперь мог наблюдать, как моя сперма вытекает из ее щели. Мне даже пришлось подложить под нее полотенце, настолько длинные капли падали из нее. Анальная пробка хорошо контрастировала с красными ягодицами.
Я оставил ее в таком положении и пошел на кухню приготовить себе ужин: хороший стейк и рис с соусом. Я открыл бутылку хорошего вина и выпил примерно половину. Остатки риса я соскреб в собачью миску, а то, что осталось от стейка, нарезал небольшими кусочками. Миску я отнес ей.
— Подними голову, — с этими словами я поставил миску у нее перед лицом. — Даю три минуты на ужин.
Она осторожно попробовала, а затем начала жадно есть, опустив лицо глубоко в миску.
— Вот кто ты на самом деле, — сказал я. — Собака, чье предназначение - служить у ног хозяина и выполнять его приказы. Если я буду доволен тобой, ты будешь получать то же, что ем я. Если нет - ты будешь жрать собачий корм. Общаться со мной ты можешь двумя способами - гавкать и скулить. Один "гав" означает "да, Хозяин". "Гав, гав" - "нет, Хозяин". Когда собаке нужно поссать, она трется головой о мою ногу и скулит. Еще ты будешь скулить и ползать у меня в ногах если захочешь мой член или если я захочу, чтобы ты поласкала мою задницу.
После еды я дал ей миску с водой и смотрел, как она жадно лакает жидкость языком.
Рядом с моим креслом была большая собачья лежанка. Там я и устроил Анну, предварительно пристегнув наручники на ее запястьях к ошейнику и защелкнув вместе манжеты на щиколотках. Остаток вечера я смотрел телевизор и потягивал вино. Ее задница была прямо под рукой, стоило лишь наклониться. Иногда я так и делал, время от времени дергая ее анальную пробку или теребя ее влажную щёлку пальцами, поддерживая таким образом ее в возбужденном состоянии. Примерно через час я сказал, что мне нужно отлить, и помог ей встать между моими коленями.
— Бери мой член в рот, — велел я ей. — Не соси, просто держи его во рту. Я буду поить тебя понемножку, пока ты не научишься удерживать все в себе. Я не хочу, чтобы ты выблевала на мой ковер, он задает стиль всей комнате.
С этими словами я выпустил первую порцию мочи ей в рот. Ее глаза расширились, но она смогла проглотить все не поперхнувшись.
— Теперь скули по-собачьи если можешь принять еще, — сказал я. Она заскулила, и я снова наполнил ее рот. Она проглотила и я увидел, как сжался ее желудок.
— Хорошая собачка, — сказал я, поглаживая ее по голове, — на сегодня хватит.
Она выпустила мой член и потерлась головой о мою ногу, жалобно поскуливая. Я развязал ей руки и расцепил лодыжки. Затем я надел на нее поводок и заставил ползти во двор через заднюю дверь. Там она задрала ногу и долго
История одного прогула.