Как будто бы прилипнув к девушке взглядом, Виталик едва заметно кивнул, в мыслях у себя имея совершенно иное, с трудом подтолкнул самого же себя к выходу. Да так и замер на пороге, остановленный взявшим слово другом.
— Слушай, малыш, — замявшись, нерешительно начал Костя. — Может, не будем отменять подготовленный тобой сюрприз? Ты ведь так старалась. Атмосферу создала, принарядилась... Может, коррективы просто в программу внесём? Расширим её, так сказать.
— В каком смысле? — поражённо глядя на своего молодого человека, отозвалась она в ответ вопросом. Костя сдвинулся наконец с места, перестав истуканом стоять в нескольких метрах от любимой, сделал несколько шагов и опустился на край постели, заглядывая Оле в глаза.
— Добавим одного участника. Я видел, тебя нравятся такие фильмы, — его ладонь скользнула по её руке, сжимающей бархатную ткань, коснулась плечика и застыла, словно бы поджидая случая, чтобы пробраться дальше.
— То фильмы.
— Верно, — ласково улыбаясь, кивнул Костя, запустив руку под покрывало. Коснулся Олиных выступающих ключиц, проскользил по краю чашечки её лифа и наконец накрыл грудь, обжигая теплом, лишая как будто бы всей её благоразумности. Не сразу. Но сделав к этому уверенный шаг. — В жизни ведь наверняка всё лучше, чем в фильмах. В жизни-то всё по-настоящему, — продолжил он, заставляя тугой узел затягиваться у Оли внизу живота, касаясь её кожи и так уверенно опускаясь к киске, не прикрытой у зайки не единым кусочком одежды. — И не с какой-то актрисой, а с прямо с тобой.
— Костя... — только и выдохнула Оленька, когда молодой человек изменил движение своей руки и уже в следующий миг коснулся пушистого хвостика, приветливо торчащего у неё из попы. Попыталась перехватить его руку, едва не выронив край прикрывающего её от посторонних глаз покрывала, перепугано уставилась на избранника и, не сообразив о его задумке, расслабилась, когда Костя убрал с её тела руки.
— Перестань. Не нужно стесняться своей красоты, малыш. Ею нужно делиться с миром, — с улыбкой и внутренним предвкушением заключил Костя. — Пусть даже миром будет один только Виталик.
Костя сдёрнул с девушки прикрывавшее её покрывало, оставляя Олю на кровати чуть больше чем в том, в чём мать её родила. На какой-то миг растерявшись, Оленька прикрыться поспешила теперь уже руками. В панике перемещала их по телу, не в силах закрыть сразу и грудь, уверенно поддерживаемую покрытым кружевом бюстгалтером, как будто бы ставшим в миг совершенно прозрачным и не способным скрыть её от сторонних глаз, и свой гладкий лобок, не скрываемый совершенно под поясом для подвязки чулок. В какой-то миг она решила прикрыться ногами, но буквально молниеносно сообразила, что так только с нового ракурса открывается потрясённо уронившему челюсть Виталику.
— Тебе понравится. Вот увидишь, — с нежностью продолжал Костя.
Бросая друг на друга робкие потрясённо-взволнованные, смущением наполненные взгляды, Оля с Виталиком всё никак не спешили с ответом. Предложение их парня и друга казалось каким-то безумием, порой даже шуткой, так беззаботно брошенной Костей и так разволновавшей их обоих. Они оба порывались было решительно осадить как ни в чём не бывало таскающего виноградинки из вазочки молодого человека, сказав, что подобное просто неприемлемо и даже как-то неуважительно по отношению к каждому из них... но каждый раз прикусывали сами себе язык, не решаясь произнести это.
Не решаясь признаться даже самим себе, что предложение это чертовски заводит, что всевозможные картинки уже рисуются у них в головах, что они и в самом деле не прочь попробовать, получить это для каждого из них не виданный раньше опыт.
ДТП