растянутую под размера своего члена попу, Костя, как казалось, вовсе не мог шевелиться, в постель вжимаемый обмякшей девушкой и собственной накатывающей после шикарного секса усталостью. Не убирал с её тела рук, тяжело дышал сквозь полустоны и щедро изливался в её горячее лоно.
Пора предновогодних чудес выходила на свою финишную прямую, но время сексуальных приключений уж точно не ставило финальную точку. Все трое восстанавливали дыхание, повалившись на окончательно сбитую постель, летали в наслаждением и непроглядным туманом далях, и оставались совершенно счастливыми от этого словно бы из ничего возникшего эротического порыва.
Любовь и весна