— Потому, что вы один здесь, приглашаете девушку с собой в отпуск. По всем существующим меркам из этого обычно следует однозначный вывод. И это вовсе не потребности вашей озабоченной дочурки.
— Я уже упоминал, что это - сложный вопрос.
— Куда уж проще. Пригласить девушку на отдых и даже не делать вид, что она интересна.
— При обычных равных отношениях - может быть. Но я привык к другим ролям в этом смысле, я плачу и получаю за что плачу.
— Вы заплатили, но покупочку с кассы не забрали. Она лежит такая, забытая, пакетик раскрылся, все торчит оттуда....
— Нет, вы не понимаете. – Семен потер виски пальцами силясь сказать. - Вы здесь у меня в гостях и вам ничего не угрожает. Если мне нужен, извините, секс, я плачу за него профессионалкам. Они принимают на себя совершенно конкретную социальную функцию и связанное с этим отношение. Они не игнорируют своё положение, а наоборот - культивируют. Ведь это основа их имиджа, профессии. Грубо говоря, я люблю шлюх! Вы же - их полная противоположность.
— Ваша дочь активно над этим работает.
— Если вы поддались нажиму обстоятельств это не делает вас, извините, блядью. Наоборот, ваши душевные терзания только подтверждают Ваше невинное и благородное внутреннее устройство. Бляди любят быть собой. Никто из них не будет работать только за деньги, обычно им это ещё и нравится.
— Да, тогда я в пролёте. Никогда себя блядью не считала. Не было оснований. К шлюхе я, конечно, приблизилась с вашей помощью. Но к бляди ещё нет.
— Вот видите. Эта тонкая грань между блядью и шлюхой. Её сложно найти и легко потерять! -улыбнулся Семен, откидываясь на кресле, - А на порядочных женщин у меня не встаёт, прямо говоря. Они скучные. Это в юности можно полюбить, женится и жить с одним хорошим и правильным человеком. С годами, когда понимаешь, что купить пару часов секса куда проще, чем начинать всю эту мутотень заново с той, которая через год перестанет тебя интересовать, уже не прельщает.
— Я согласна с вами в том, что длительные отношения – пустое. Считаю, что мужчина нужен только в момент продолжения рода. И заводить постоянные отношения, которые совсем и не постоянные и, скорее всего, плохо кончаться - бессмысленно и больно. Но у меня все тот же вопрос. Я вам не нравлюсь?
— Да, вы очень красивая.
— Да, не нравлюсь, потому что красивая?
— Да, красивая... потому вы меня и пугаете.
— Я могу сделать огуречную маску, чтобы отвлечь вас от моего лица.
— Вы - ВСЯ ОЧЕНЬ КРАСИВАЯ
— То есть у меня вообще никаких шансов побыть на Мальдивах с настоящим мужчиной? Скажите, если я побуду для вас шлюхой вы возьмёте меня?
— Почему?
— Вы сами позавчера спросили меня, чего же хочу я сама. Я думала об этом. И если не хотеть вас, то разве вообще могут быть на свете мужчины, более достойные? С одной стороны, вы мне нравитесь, с другой, в глубине души, я хотела этого, когда соглашалась. Мне потребовалось время, чтобы признать это перед самой собой.
Семен удивленно склонил голову, разглядывая Ирину новыми глазами:
— Хорошо. Но я не буду за вами бегать и ухаживать. Вам придётся поступиться некоторыми своими принципами.
— Я уже поступаюсь всем, что было со мной до этого. Но только на время отдыха. Итак?
— Тогда вечером?
— Нет, прямо сейчас! Я хочу сделать это сейчас! Вы можете?
— Пф... Все же давай на ты, а то мы постоянно возвращаемся с чего начали...
Потом Ира пыталась понять как невинный обед закончился так шокирующе:
Пятница день расслабления и ещё...