молча сжимала прямоугольный лист многоразовой бумаги в своих руках, поджав губы. Стараясь сохранить спокойствие и контроль, она приподняла подбородок и спросила:
— Что дальше?
— А дальше, вы постараетесь убедить нас сохранить эту информацию в тайне — последние слова я проговорил ей нежно в самое ушко, едва коснувшись его губами. При этом её волосы приятно щекотали мою щёку, а рука медленно полезла по её спине вниз. — Родительский комитет будет возмущён, узнав, что девушка с такой неблагонадёжной кредитной историей работает в нашей гимназии.
Я остановил руку, ожидая её реакции, слегка оттопырив пальцем резинку на поясе её брюк.
— Я не совсем понимаю, что я могу для вас сделать — очевидно всё понимая, попыталась выкрутиться учительница, и заведя левую руку за спину попыталась убрать мои пальцы из опасной зоны. Её блуза при этом слегка распахнулась открыв вид на два аппетитных полушария.
— Юлия Сергеевна — как можно более нежно и ласково проговорил я — Если вы не измените своё отношение ко мне и моим друзьям.. — я смелее просунул руку ей за пояс, стараясь проникнуть глубже в ложбинку между ягодицами —.. то завтра вы окажитесь на улице, а следом и на торгах.
— Хорошо, я поняла, я всё сделаю... Только пожалуйста не говорите никому.. — с трудом выговаривая слова, она положила листок и безвольно опустила руки вниз, давая понять, что не станет артачится.
Я, по хозяйски, сунул руку в разрез блузы и сдвинув кружево лифчика всей рукой обхватил грудь. Она приятно лежала в ладони и упруго сжималась под давлением пальцев. Не встречая сопротивления, я ощупал вторую грудь, покрутил набухшие сосочки и начал расстёгивать её блузку. Мои друзья, еще не веря своим глазам, не отрываясь следили за моими руками.
— Ребята, давайте не здесь.. Если кто-нибудь зайдёт? — вдруг опомнившись, она прижала руки к груди и с опаской посмотрела на прикрытую входную дверь.
— Жека почекай — я указал ему на дверь и поймал разочарованный взгляд.
— Юлия Сергеевна, мы не можем вас сейчас просто так отпустить — а посмотрел в её большие жалостливые глаза смотрящие на меня снизу вверх и нежно заправил прядь волос ей за ухо.
Конечно, у нас уже у всех был сексуальный опыт, но в основном это были рабыни из числа домашней прислуги. А вот раздеть догола учительницу после уроков, разложить её на столе, сфотографировать со всех ракурсов, ознакомиться с её женскими органами, пощупать груди, соски, клитор, попу это совсем другое дело.
Принуждение к сексу рабынь считалось обычным делом, если её хозяин был не против, но вытворять то, что мы делали с Юлей, со свободной женщиной было непривычно. Особенно в публичном месте, где нас могли застукать. Юля не сильно брыкалась, только всё время поглядывала на дверь, у которой дежурил Жека.
Сняв напряжение, и немного успокоившись, мы разрешили ей одеться, решив что для первого раза достаточно. Жека, чувствуя, что упускает свой шанс, покинул пост и пока Юля торопливо натягивала штаны подошёл к ней и принялся жадно хватать её за грудь и другие выступающие части тела. Наскоро одевшись, Юля убежала в учительскую, а мы остались обсудить план дальнейших действий.
Мы не собирались останавливаться, просто нужно было подыскать подходящее место, что бы вдоволь поиграться с нашей новой забавой. Выбор пал на квартиру самой учительницы. Действительно, что могло быть лучше и удобнее, чем дрессировать её в уютной домашней обстановке. Юля оказалась резко против, когда мы вечером в четвером завалились в её крохотную прихожую, она была очень напугана и растеряна. Главным образом из-за своей дочери Дины, с
Радистки