комнаты лежала огромная стопка книг, которые она просмотрела прошлой ночью. Все они были тупиковыми, не имевшими ничего ценного, что можно было бы ей предложить.
Гадая, что могло быть такого срочного, она направилась в главный вестибюль библиотеки. Гигантский глобус, который парил на месте, был абсолютным чудом, удерживаемым на месте с помощью магии. Под ним София стояла над небольшой группой крыс. Она подняла глаза на Евлалию, и на ее лице отразилось беспокойство.
"Дом пропал". Голос Софии был ровным, но Евлалия уловила несколько дрожащих ноток. Там были страх, печаль и нечто большее, чем просто легкое беспокойство. Каждая эмоция была своим собственным музыкальным аккордом, и она могла слышать их все.
"Как можно потерять дом?"
"Волшебная книга, которую мы используем, чтобы попасть туда, все еще здесь, но она больше не открывает дверь в дом, и все крысиные порталы, которые ведут туда, закрыты".
Евлалия посмотрела на небольшую стайку крыс, затем снова на Софию. - Все порталы закрыты? У нас нет пути назад?"
София покачала головой. - Насколько мне известно, нет. Крысы способны открывать порталы, но только по приказу самого Крысиного короля."
"Я понимаю". Евлалия подошла к небольшой группе и наблюдала, как крысы попятились от нее. У каждого из них был свой собственный аромат, и все они пахли восхитительно. Она прищурилась, изучая их. - Где этот король? - спросила она.
— Я полагаю, вернулся в дом. Он единственный, кто говорит на нашем языке, поэтому, даже если бы мы захотели, чтобы они помогли нам, у нас нет возможности общаться с ними". София выглядела спокойной и собранной, но Эулалия слышала в ее голосе еще больше эмоций. Шок. Отчаяние. Циклопа была настолько поглощена своими собственными чувствами, что, вероятно, не обрабатывала информацию должным образом.
"Давай не будем недальновидными". Евлалия достала свой телефон и нахмурилась. "У нас здесь нет интернета, не так ли?"
"Ни одна из компаний не даст нам хорошего предложения". Сарказм Софии показался Евлалии ужасно похожим на писк скрипки.
"Если он единственный, кто может с ними разговаривать, тогда как ты заставила их разбудить меня?"
София приподняла бровь. - Я их не спрашивала. Я просила Голубую."
Евлалия заметила фею, порхающую над головой. "Ты можешь с ними поговорить?" - спросила она.
"Нет", - ответила она. "Я пыталась разбудить тебя с помощью метлы, и они решили мне помочь".
"Я могу с этим поработать. Нам нужна последовательность действий". Евлалия вытащила из своих прялок полоску паутины и начала плести. Крысы не понимали по-английски, но решения легко давались тем, кто их искал. "Установите связь с крысами. Сообщите о желании создать портал домой. Если портала нет дома, то переместитесь в безопасное место, изучите текущую ситуацию. Как выглядит их король?"
— Ты, наверное, видела его. Корона с очками." София направилась к ней. "Что ты делаешь?"
"Преодоление языкового барьера для выполнения нашей первой задачи. Если они смогут понять ситуационный контекст, то смогут донести наши потребности". Сплести крысу с короной было детской забавой, особенно выполненной в стиле чиби-арт. Когда она подняла свой конечный продукт, это было изображение их короля в середине гобелена из шелковых нитей.
Крысы какое-то мгновение возбужденно щебетали, затем затихли, когда она соткала еще один образ. Когда она подняла его, вонь их страха исчезла еще больше. На этом снимке она была изображена в окружении еды и мультяшных сердечек. Она была уверена, что у Софии, вероятно, где-то были ручка и бумага, но ее рисунки были гораздо точнее, чем все, что она могла сделать вручную.
Это, и еще у нее была дурная привычка грызть цветные карандаши. Это была детская привычка, от которой она просто не могла избавиться, и она
Папа трахнул моего парня