и потрепал сестру по голове. - Погоди, чутка, скоро всё будет. Тугая, стоять! А то кончишь раньше времени, ты мне нужна ещё возбужденная и во втором раунде. На, Буренка, лучше почисти для начала, - Марина безропотно кинулась в ноги обсасывать мокрые пальцы, только что истязавшие Ленкину вагину. – Тугая, готовь жопу, такую ебливую суку пристало брать только сзади и в очко, - грубо шлепнув по оттопыренной многострадальной сраке, заставил взвизгнуть не успевшую кончить сестру.
— У меня в сумочке крем, Хозяин, - деликатно уточнила Лена в долгожданном предвкушении.
— Ну, уж нет! Буду драть без вазелина. За ублюдка придется ответить, шкура.
— Пожалейте, умоляю! Вы меня порвете, я никогда прежде в попу не трахалась, - к такому повороту событий она явно была не готова.
— Хуй с тобой, крыса. Будешь вечно должна за милость, порву я тебя или нет, будет зависеть от толстожопой сестры. Посмотрим, насколько сильно она тебя любит и ценит, - я понимал, что если продолжать гнуть свою линию до конца, то он может наступить гораздо раньше, чем мне уже хотелось. Решил пойти на небольшие уступки. Если недавно, я надеялся и ждал по скорее услышать заветное стоп-слово и всё прекратить, то теперь, войдя во вкус безграничного контроля и подчинения, всё изменилось. Никаких «Довольно, Саш», не сейчас и не сегодня! Для этого требовалось хорошо чувствовать тонкую грань, вовремя пропуская хватку и соблюдая баланс между кнутом и пряником. В этом как раз у меня опыта и не хватало, да и откуда ему было взяться. В данном случае всё получилось хорошо для неё совсем по другой причине. Я не хотел травмировать, прежде всего, себя, ведь "по-сухому" было бы больно и неприятно обоим участникам анальной «дефлорации».
— Бурёнка, ты же просила недавно хуй пососать, вот и возможность, - грубо схватив Марину за волосы ткнул носом в оттопыренную жопу сестры.– Будешь вылизывать очко и за щеку брать, чем больше слюней и соплей, тем лучше, так что старайся, сейчас здоровье её грязной дырки в твоих руках, понятно членососка?
— Всё поняла, Хозяин, буду сосать и лизать, как никогда прежде! – с размазанной помадой по всему лицу и слегка потекшей тушью довольная Марина с нескрываемым энтузиазмом прильнула к шоколадному отверстию, усердно вылизывая его и обильно смачивая. «Откуда в ней такая покорность? Ну, прям прирождённая «нижняя». Надо бы потом узнать, несколько далеко она сможет зайти».
— Боже, как приятно и необычно, - Лена кайфовала от непривычной новой ласки.
— Вижу, жопу лизать ты умеешь и любишь, посмотрим, как ты управляешься с хуем во рту, - грубость и надменность, всё это доставляло уже удовольствие. Сомнения и предрассудки растворились, сменяемые животной похотью и возбуждением. – Высунь свой блядский язык как собака и смотри мне прямо в глаза, - немедля и не сомневаясь ни секунды, сестра безропотно подчинилась, затуманенные глаза горели желанием. – Молодец, послушная шлюшка, - постукивая головкой члена по языку, я наблюдал, как Марина непроизвольно моргает при каждом ударе залупы. Вдоволь наигравшись, грубо и без предупреждений воткнул член на всю длину. Она поперхнулась, на глазах выступили слезы, но меня это не останавливало, скорее даже ещё больше заводило. Обильное слюноотделение, вперемешку со слезами и тушью то, что было нужно. – Глубже заглатывай, хуесоска, ещё глубже! – с остервенением и презрением держа за голову обеими руками, я долбил её горло, заставляя давиться и откашливаться. Потекло даже по яйцам.
— Ум-ум-ум-ммм-у-моляю, хватит, - Марина уже была на пороге продемонстрировать нам содержание своего желудка.
Ночная смена