дачи. В ней и укроемся от грозы. - сказал мне папаша, ложа свои удочки ко мне в рюкзак.
Недолго думая, мы с ним собрались и быстрым шагом пошли вверх от реки она была смертельно опасной в грозу к спасительному бугру, на котором виднелись домики дачного участка горожан.
У нас была небольшая одноэтажная дача, сложенная из белого силикатного кирпича, с одной большой комнатой и двускатной крышей, покрытой шифером.
— Но она же на замке, пап. А ключ от нее у матери! - крикнул я на ходу отцу, так как мы с ним уже практически бежали, спасаясь от идущей по пятам грозы.
До дачи оставалось метров пятьдесят, как на реке уже начался ливень. Зигзагообразные молнии ударяли в воду, и гремел страшной силы гром прямо у нас над головами.
— Да нам ключ и не нужен. Мы с тобой на чердак залезем и там от дождя спрячемся. - ответил мне запыхавшийся отец, когда мы с ним очутились перед нашим дачным домиком.
На его двери висел большой амбарный замок. И открыть его нам не было никакой возможности.
В домике абсолютно нечего было брать ворам, кроме старого дивана, стола с парой стульев и лопат с тяпками. Но мать всё равно его закрывала на замок из опасения, что на дачу залезут бродяги и её сожгут.
— Вот видишь эту берёзу? Лезь за мной по стволу. Смотри, не упади. - сказал отец, показывая на старую кривую березу, росшую практически впритык к даче, и её толстые ветки касались крыши.
Сколько раз мать говорила отцу спилить эту берёзу. Но папаша все обещал, а делать не делал. На даче мы бывали редко. И берёза по прежнему росла впритык к дачному домику, и до нее у отца никак не доходили руки.
— Давай мне свой рюкзак, сынок. И лезь по стволу ко мне. - жилистый Витёк первым полез по дереву и, ловко перескакивая с сука на сук, залез по стволу берёзы на карниз и открыл небольшую дверцу. На чердаке.
Папаша влез в неё и протягивал мне руку.
Я отдал ему рюкзак, так как он реально мешал, полез по суку к отцу. И вскоре оказался внутри.
И это было сделано мной вовремя. По крыше тут же ударил ливень, переходящий в град, и он с силой застучал по шиферу у нас над головой.
— Теперь понял, сынок, почему я берёзу эту не спиливал, как мать просила? - сказал мне отец, закрывая за мной вход на чердак.
Папаша прикрыл дверь, и на чердаке стало темно. И я ничего не видел. Только по крыше стучал град и хлестали ветки берёзы, которые ломал сильный ветер.
— Сейчас, Костя, светло будет. Главное, что мы в безопасности. Помнишь, в прошлом году у нас на реке молния рыбака из Москвы покалечила. Убить не убила, но он оглох на одно ухо. Так что возле воды на реке оставаться было опасно. Хорошо, что у нас дача есть. - говорил из угла отец, шурша чем-то в темноте.
Я стоял и не шевелился, почти касаясь головой крыши, боясь споткнуться об стропила. Так как ничего не видел.
— Иди сюда, сынок. Теперь мы со светом. И можно покурить спокойно. - папа Витя чиркнул спичкой, и помещение чердака дачи озарилось тусклым светом керосиновой лампы.
Отец держал ее в руке и показывал мне на матрасы, лежавшие на полу у него под ногами.
— Я тут в твоем возрасте, сынок уроки в школе закалывал. Дача на замке была, как и сейчас. А я по этой берёзе лазил, по которой мы
Есть идея получше..