на расставленных коленях. «Можно. Приступай!» - говорила ее подчиненная поза.
Олег дрожал от невероятного возбуждения, он ясно воспринимал происходящее и оттого кровь еще сильнее бурлила в венах. Он присел на корточки позади, приблизился лицом к раскрытому женскому заду и рассмотрел поле своей деятельности, дырочка по-прежнему пульсировала от желания, она так же, как и он сгорала от возбуждения. Наконец, Олег прижался лицом к маминым ягодицам, стараясь не дышать, и вытащил кончик языка, он не понимал сначала, куда приходятся горячие прикосновения, но по женским возбужденным стонам угадывал, что доставляет маме наслаждение. Он бессистемно тыкал мягким языком, выдавливал слюну и старался уловить, когда прикосновение приходится на самое сосредоточие ее вульгарного наслаждения – солоноватую дырочку ануса. Запах женского тела был перемешан с ароматом мыла, но в этой части тела присутствовал свой, особенный дух, отнюдь не отталкивающий, но своеобразный.
— Ох, ох, хватит, - дыхание Ольги перехватывало, она с трудом высвободилась из сладкого плена и упала вперед. – Ложись на мое место!
Предоплата была принята, неизвестно, насколько женщина удовольствовалась нежной стимуляцией ректальной области, но само его старание было зачислено на баланс. Олег поднялся на ноги и удивленно взглянул, по всей видимости он намеревался в этой же позе получить причитающееся и Ольга поняла его намерение.
— Нет, нет, я тебе не доверю свою попочку, ложись на мое место, я все сделаю сама!
Олег повиновался, он разлегся и с окаменевшим причиндалом ждал, что же приготовила для него бесстыдница-мать.
— Я тебе свой дымоход не доверю. – Ольга старалась шутками поддерживать самообладание и использовала грубые словечки своих недавних партнеров, более искусных, но не таких деликатных. - Это уметь надо, чтобы без боли ввести. А вообще, лучше бы для гигиены использовать презерватив.
Вопреки собственным словам, она проигнорировала резинку, достала из сумочки тюбик любриканта и поднялась с ногами на диван. Оля расставила ножки и осторожно присела над сыном, пока ее попка не опустилась над торчащим членом. Уже в полной готовности она выдавила на руку прозрачный гель, тщательно размазала его между ягодиц и остаток нанесла на эрегированный член прохладным прикосновением. Если бы не ежедневные многоразовые сношения, Олег бы уже отстрелялся от одного только вида маминой подготовки. Это было какое-то волнительное таинство, безмерное доверие, согласие на неминуемую боль и пошлое удовлетворение.
— Оля, - тихо произнес Олег для собственного наслаждения. – Оля. Оля.
— Что? – женщина приподняла брови.
— Ничего, просто так, Оля! Оля!
Женщина удобно устроила ступни по обе стороны мужского торса, левую руку для устойчивости уперла в стену, а правой помогла направить головку между своих ягодиц. Олег затаил дыхание, на его глазах мама сосредоточенно прищурилась, прикусила нижнюю губу и медленно опускала тело отчего тренированные бедра напряглись и затвердели мускулами. Сначала его головку мягко сжали ее ягодицы, но постепенно член начал упираться в плотное тело, сам он не двигался, но понимал – стоит искуснице ошибиться, член выскользнет и потеряет нужное направление.
— Да, да, получилось, - Ольга причитала, медленно опускаясь на член.
Головка уже была зажата растянутым до боли сфинктером, первые ощущения не оправдали ожиданий паренька, внутри ануса оказалось не так гостеприимно, как во влагалище.
— Да уж, давно мне там раскоксовку не делали, - Оля отшучивалась, но от мучения часто и глубоко дышала.
Женщина слегка поморщилась от растягивающей боли, но не прекратила движения, медленно она наседала на затвердевший до предела член.
— Оля, Оля, - нашептывал мальчишка, будто находил в этом имени источник нежности.
Женщина зависла на месте, она глубоко дышала и справлялась с болью, для смены ощущений попробовала приподняться и предпринять новую попытку. Как же
Повесть о легкой любви, или Тетраэдр