его возвращения. Ждать приходится минут тридцать. Заметив на горизонте знакомую фигуру, медленно бредущую в мою сторону, вздыхаю с облегчением, и срываюсь с места. Подбежав к хромающему парню, заключаю его в крепкие объятия.
— Не пугай меня так больше, - бормочу с облегчением.
— Ещё даже не начинал, - отвечает Йен каким-то странным тоном.
У меня после этих слов появляется нехорошее предчувствие. Отстраняюсь, и замечаю, что Макриди смотрит на меня как-то странно. Будто сделал что-то нехорошее, и хочет в этом признаться, либо увидел что-то, что очень расстроило его, и, скорее всего, расстроит меня.
— Ты только не волнуйся, и не торопись делать выводы раньше времени, - говорит он отстранённым тоном.
— Ты о чём?
Йен малодушно отводит взгляд, чем ещё больше пугает меня. Замечаю, что прогулка далась ему нелегко, и предлагаю сначала дойти до вертолёта и немного отдохнуть. Макриди устало кивает. Подставляю ему плечо, и помогаю дойти до вертушки. Парень забирается в кабину, и тяжело вздыхает.
— Мне кажется, я нашёл “Эгиду”. Или то место, где она раньше была, - начинает Макриди издалека.
— Так ведь это же здорово! – радуюсь я, предвкушая скорую встречу с братом.
— Нет, не здорово. Военные разбили лагерь на берегу. Судя по тому, что я видел, скоро они его покинут. Потому что делать им там больше нечего.
— Почему?
— Потому что “Эгиды” нет.
— В смысле? Корабль уплыл?
— Не похоже.
Этими словами Макриди совсем сбивает меня с толку. Вместо того чтобы просто уточнить, накидываю в уме другие варианты, и прихожу к тому же выводу, к которому скорее всего пришёл Йен.
— Они потопили “Эгиду”, - говорю упавшим голосом.
— Возможно. Я не уверен.
— Что они тебе сказали?
— Ничего. Я с ними не разговаривал.
— Почему?
— Больно угрожающе они выглядели. Побоялся, что они пристрелят меня раньше, чем я успею сказать хоть слово.
Последнюю фразу Йен говорит как-то виновато, будто пытается оправдаться. Напрасно. Я хорошо его понимаю. Он поступил разумно, решив не рисковать. А я разумно вести себя не собираюсь. Срываюсь с места, и бегу в том направлении, откуда пришёл Макриди.
— Диана, подожди! – кричит он мне вслед, но я не обращаю внимания на его окрик.
Бегу по песчаному берегу, пока не замечаю вдалеке колонну военного транспорта. Похоже, армейцы собрали всё своё барахло, и собираются покинуть берег. Прибавляю ходу, и кричу, чтобы военные немного задержались, но меня никто не слышит. Машины приходят в движение, и армейцы покидают морской берег прежде, чем я успеваю узнать, что с моим братом. Глядя вслед удаляющейся колонне, как подкошенная падаю на колени, и отрешённо смотрю перед собой. Не знаю, как долго пялюсь в одну точку, но когда всё же выхожу из ступора, то походкой ожившего мертвеца бреду обратно к вертолёту. На полпути сталкиваюсь с Йеном, которым вместо того чтобы отдыхать и восстанавливать силы зачем-то последовал за мной. Макриди начинает бормотать что-то обнадёживающее, и я ему за это благодарна. По-настоящему благодарна, хотя особо и не вслушиваюсь, что он там говорит. Йен это замечает, берёт меня за подбородок, и поворачивает к себе лицом.
— Ты ведь меня совсем не слушала, не так ли? – зачем-то уточняет он.
Не вижу нужды врать, и просто коротко киваю.
— Хорошо, тогда я повторю. Я пока высматривал место, где бы лучше посадить вертушку, заметил маяк. Он находится совсем недалеко, буквально в паре километров отсюда, - объясняет он.
— И что с того?
— Возможно, там кто-нибудь обитает. И это кто-то может нам рассказать о военных, об “Эгиде”, и о том, что здесь произошло.
Ягода-Малина