красивая и так хорошо одевается, не означает, что она может жить одна. С тех пор как умер отец, она совершенно неадекватна.
Чак фыркнул.
— Господи, Пэм, почему ты не видишь того, что видят все остальные? Твоя мать — сексуальная цыпочка, в распоряжении которой навалом членов.
Пэм напряглась.
— Не смей так говорить о моей матери!
— Ладно, ладно, не буду, но я не могу ждать вечно. Однажды твоя мать найдёт кого-нибудь, выйдет замуж, и тогда ты останешься совсем одна. К тому времени, возможно, уже будет поздно найти того, кто захочет тебя. Прости, но ты не становишься моложе.
Девушка была возбуждена, и тело просило об облегчении, но слова парня остудили её кровь.
— Чёрт бы тебя побрал, Чак! Мы занимаемся любовью, а ты всё время говоришь плохо о моей матери.
— Господи, Пэм, здесь, в машине, чертовски неудобно. Если бы мы поженились, у нас была бы возможность заниматься этим на хорошей удобной кровати.
— Удобной! И это всё, о чём ты думаешь? О своих удобствах? А обо мне ты подумал?
— Я всё время думаю о тебе. — Он расстегнул молнию на брюках и схватил её за руку. — Вот. Сожми его.
Как бы она ни была зла, Пэм всё же не смогла устоять против желания и сжала член парня в руке.
— Вот...… Только не надоедай мне по поводу замужества.
— Хорошо, милая. Господи..., как приятно ты это делаешь..... Коснись головки члена вот здесь. Да, а большим пальцем под головкой...… Можно я вставлю сейчас?
— Пока нет.
Её киска пульсировала от близкого ощущения члена. Пэм хотела почувствовать орган внутри себя, но хотела и наказать парня. Для него будет уроком, если она позволит только потрогать себя пальцами. Да, так она и сделает. Девушка решила только подрочить Чака. Тогда, может быть, в следующий раз он не будет пилить её из-за матери.
Старые воспоминания ожили в голове, пока Пэм надрачивала парню член. Когда она была подростком, мать застукала её в постели с бойфрендом.
— Шлюха! - закричала тогда Мэгги. — Ты попадёшь за это в ад!
А неделю спустя Пэм увидела, как её мать трахается. После смерти мужа Мэгги часто приводила мужчин в дом, но притворялась добродетельной скорбящей вдовой. Всё это повлияло на подростка. Теперь Пэм была взрослой женщиной с нормальными сексуальными потребностями, но всё ещё живущей под контролем своей матери.
— А теперь я могу уже вставить? - Чак задыхался от возбуждения.
— Ну что ты всё время спрашиваешь? — прошипела она.
— Господи, я всего лишь пытаюсь сделать только то, что ты хочешь.
— Никогда не приходило в голову, что ты недостаточно настойчив?
— Прости, милая. Но...…, ты же знаешь, как обращаться с членом.
— Хочу подрочить его ещё немного.
А мыслями Пэм опять вернулась на несколько лет назад.
— Мальчики не уважают слишком легкомысленных девочек, — сказала тогда Мэгги.
Пэм прикусила губу и ничего не сказала. Мэгги приводила мужчин домой, иногда они оставались у неё на всю ночь. Но мать и дочь никогда не обсуждали это, а Мэгги уверяла, что ведёт жизнь монахини.
Чак расположился сверху и, используя колено, попытался раздвинуть её бедра.
— Осторожно, — сказала Пэм. — Машины Боба нет возле дома. Значит он работает допоздна и может подъехать в любую минуту.
— Твой брат знает, что ты уже взрослая девочка.
Чак схватился за её трусики, но Пэм всё ещё была полна решимости проучить парня.
— Подожди минутку, я сама, — сказала девушка.
— Пожалуйста, милая, позволь мне войти в тебя, — упрашивал Чак.
— Думаю, сегодня вечером нам лучше сделать всё руками.
Мишель