остальных членов семьи женского рода, так это то, что жить Вовка будет в семье жены. И никакого позора в том, что зять станет примаком нет. В его семье ещё остаются мужчины, а в семье жены лишь малолетний брат, которому до совершеннолетия ещё расти и расти. Должен же быть в семье хотя бы один нормальный мужик.
Так что перебрался Вовка в семью будущей жены ещё до свадьбы. Выделили им комнату, шикарную кровать, не скрипучую, новую, широченную, огроменную, как посадочная полоса для "Кукурузника", два раза в день делающего рейсы из их посёлка в областной город. И начали молодожёны заниматься взрослой жизнью уже не опасаясь ничего и никого. А что до свадьбы, так такое мероприятие с кондачка не делается. Одной самогонки нагнать сколько надо, а скотину порезать, а гостей оповестить, да договориться про подарки, чтобы не подарили одинаковое. А сшить невесте платье. В посёлке таке сделать некому, в городе надо заказывать. Хорошо родня есть, которая там живёт и есть где остановиться на время. Заодно и жениху костюм пошить. А чтобы был за всем пригляд, чтобы молодые по неопытности не заказали ерунду какую-нибудь, в качестве контролёра и наставника поехала сама тёща.
Родственники, проживающие в городе, имели кое-какой блат и вопрос с платьем и костюмом решился быстро и за небольшие деньги. Но само время пошива заняло дня три-четыре. Это время Люба решила использовать с толком и целыми днями шастала по магазинам с родственницей. Та сама ещё достаточно молодая, таскала за собой девчонку по всему городу и так уматывала, что вечером Люба засыпала, едва коснувшись головой подушки. Вова, сходив с женщинами один единственный раз, зарёкся и больше не пошёл даже под угрозой отлучения от тела. Родственница прокомментировала
— Это серьёзно. Но ты, зятёк, не расстраивайся. Любая из нас поможет тебе справиться с этой проблемой.
Тёща поддержала. Похлопав зятя по спине, добавила
— Как захочешь, так мы мигом трусы снимем и раком встанем. Ты только сношай.
Люба на это лишь фыркнула, сделав вид, словно эти мелочи её не интересуют.
— Да хоть обе враз раком встаньте. Всё равно Вова меня любит. Вов?
— Да, моя золотая. Никто мне не нужен. Ты у меня единственная, солнышко моё.
А тёща сказала
— Да мы ни на что особо не претендуем. А если и шоркнет кого из нас разок-другой, так от него не убудет, а семья станет крепче. Ничто так не объединяет семью, как общая постель. Люба, а ты что, не говорила Вове, что у нас всё общее?
Люба смутилась, даже щёчки порозовели. На лице. А порозовели ли на попе, Вовке под одеждой было не видно.
— Мам, когда? Да и...
Родственница протянула
— Поня-ятнеькооо. Ничего, объясним.
На том разговоры и закончились.А утром Люба с родственницей вновь умотали шастать по городу в поисках известных лишь им вещей. Невесте ведь много нужно. Живя в посёлке и не додумались бы озадачиться покупкой каких-то резиночек на ногу, которую должен снять жених. Букета свадебного, заказать который нужно заранее. А нижнее бельё? И неважно, что Вова с Любой давным давно спять в одной постели. В первую брачную ночь невеста должна продемонстрировать жениху свою невинность и непорочность. Голова кругом.
Двушки ушли, сказав, что будут дома как только, так сразу. А Вовка с тёщей сели рассматривать журнал рекламный проспект с образцами всего на свете от яхт до трусов. Упор делали на мебелЯ. Но и нижнее женское бельё не осталось без внимания. Тёща поясняла молодому и малоопытному, что за хренотушки на снимках и для чего они нужны. Всякие пояски,
Удивительное рядом