— Нет, Нин, я уже домой бегу. Решила сегодня пораньше уйти.
— Ну и правильно. Молодец, - ответила Нина, пытаясь не выжать свой заплаканный голос.
— А что ты хотела?
— Я загляну к тебе?!? Помнишь, я тебе папку оставляла на сохранение? Я заберу её.
— Нина, ты, что решила всё-таки уступить ему? – удивлённо произнесла подруга.
— Потом объясню. Так я зайду к тебе!?!
— Конечно. Ключ от кабинета у тебя есть. От шкафчика, ты знаешь, где лежит. Только...
— Что!?!
— Да, нет, ничего. Давай, до понедельника. Заходи – посплетничаем.
Вытерев слёзы, Нина уверенно направилась к входной двери своего кабинета. От лязганья ключа в замочной скважине кабинета мастера до точно такого же звука, издаваемого ключом в замочной скважине кабинета начальника отдела кадров, прошло не более двадцати минут.
— Благо дело, что по дороге никто не попался, - облегчённо проговорила тихо Нина.
Ключ от шкафчика, где хранились документы, лежал в ежедневнике. Женщина уверенно достала его и открыла дверцу. На мгновенье, Нина удивлённо задержала свой взгляд, рассматривая увиденное. Прямо на папках с бумагами лежал прозрачный целлофановый пакет с искусственным членом.
— Наверное, ты права, подруга. Уж лучше от такого удовольствие получать, чем заставлять себя облизывать этот дряблый отросток, - произнесла Нина вполголоса, имея в виду вялый член озабоченного директора, который хоть и изредка, но мастеру приходилось ощущать у себя во рту.
Отыскав нужную папку, Нина закрыла дверцу шкафчика и поспешила выйти из кабинета.
***
— Знаешь, я в пятницу в последний раз была у него «на приёме», - проговорила Нина, глядя в окно, когда подруги выкроили время в первый рабочий день очередной недели и решили побаловать себя чаем, расположившись за столиком в кабинете начальника отдела кадров.
Инна без труда поняла, о каком «приёме» идёт речь.
— И ты отдала ему все документы, которые так долго хранила и скрывала от него?
— Нет, конечно. Я отнесла их домой, - тут же отреагировала мастер и продолжила начатый разговор.
— Эта гнида в пятницу превзошёл самого себя. Дождавшись, что бы я опустилась на колени, вынул свой зассанный конец и сказал, что у него на меня уже не стоит...
— Я слышала, что он уже давно не обходится без виагры, - попыталась поддержать разговор Инна.
— Да, пусть хоть карандаши себе привязывает!
Понимая, что коллега не может успокоиться, вспоминая произошедшее на прошлой неделе событие, Инна попыталась сменить тему разговора.
— Нина Ивановна, я заметила, что в последнее время некоторые бумаги заполняются не только вашим подчерком!?!
— Молодец, что заметила.
— А ведь, между прочим, у нас по штату два мастера полагается...
— Так, сама же говоришь, заметила, что два человека занимаются одним делом. Только вот одному из них, почему-то, немного недоплачивают?!? – вопросительно посмотрела на Инну Нина Ивановна.
— Ты считаешь, что парень может занимать должность мастера?
— Милая моя, думаю, что тебе не угнаться за моими мыслями таким темпом. Помнится мне, что кто-то хотел парню посодействовать. А ведь он уже второй год у нас дорабатывает. Пора бы уж. А что на деле!?!
— Вы ошибаетесь, Нина Ивановна, я постоянно думаю о Сергее Михайловиче. Я просто не знала, как лучше поступить. Думаю, что мне обязательно нужно было посоветоваться с вами, - начала торопливо оправдываться Инна Павловна.
Нина заметила, что на щеках женщины выступил румянец. Взволнованное поведение начальницы показывало, что в разговоре затронута небезразличная для неё тема. Нина Ивановна отпила из чашки чай и продолжила улыбаясь.
— А у тебя для какой цели игрушка в шкафчике лежит? Неужели она тебе, действительно, мужика заменяет!?!
Эта блаженная участь - быть ИХ рабыней